- С тех пор как я стал демоном, я всегда боялся, что моя человечность будет медленно разрушаться темной внутренней энергией внутри меня, что я стану бессердечным и бесчеловечным монстром.
Чжоу Сюзи потерял дар речи.
Он поднял обе руки, и по мере того, как глубокая энергия циркулировала внутри его тела, слой черной энергии медленно появился на его ладонях. Его пальцы не дрожали, а глаза и голос оставались спокойными.
- Прошло уже больше семи месяцев, и темная внутренняя энергия в моем теле бунтует все реже и реже. Мое тело уже полностью приспособилось к своему существованию, и по сравнению с тем, что было изначально, я теперь стал настоящим демоном.
- Но… – он медленно закрыл глаза.
– Почему я не превращаюсь в какого-нибудь зверя? Мое чувство рациональности, мое чувство правильного и неправильного все еще ясно остаются. То, что я никогда не хотел делать в прошлом, то, что я никогда не мог заставить себя сделать в прошлом, это ни капельки не изменилось. Я все еще не хочу этого делать, я все еще не могу этого делать.
- Единственное негативное изменение, которое я действительно заметил – это то, что мое настроение становится жестоким и агрессивным всякий раз, когда моя темная внутренняя энергия начинает бунтовать…
Он поднял свои руки еще выше, когда темная глубокая энергия, покрывающая их, стала еще более плотной.
- Отец, может ли быть, что внутренняя энергия тьмы не так уж ужасна? Может быть, то, что мы всегда знали о внутренней энергии тьмы, о демонах… Было ошибочным с самого начала?
- Хватит!
Этот яростный упрек лишил лицо Чжоу Сюзи всего его тепла. Как самый Праведный Божественный Император Вселенной, Божественный Император, который жил, чтобы уничтожить всю тьму и грех, он не мог поверить или принять такие слова. И они действительно исходили от его собственного сына. Сына, которого он лично избрал преемником престола Царства Вечного Неба.
Что же это за позорное поведение!?
Чжоу Сюзи, который очень редко выходил из себя, собирался ударить своего сына, его глаза пылали гневом… Но в тот момент, когда он увидел темную энергию в ладони Чжоу Цин Чэня, его глаза задрожали, и он с усилием подавил ярость, которая поднялась внутри него. Вместо этого он протянул ладонь и мгновенно рассеял темную энергию, которую выпустил Чжоу Цин Чэнь.
- Цин Чэнь, как ты мог такое сказать? – Чжоу Сюзи изо всех сил сохранял спокойное выражение лица, но его голос все еще дрожал, когда он произносил эти слова.
– Энергия тьмы – это ересь, которая не должна существовать в этом мире! Так было всегда! Это учение наших предков! Путь небес!
Когда Чжоу Сюзи упрекнул его, обычно почтительный и послушный Чжоу Цин Чэнь внезапно отступил на один шаг. Когда он снова заговорил, его голос стал гораздо серьезнее.
- Если тьма – это действительно грех, который нельзя терпеть, тогда почему… Почему Император Небесных Демонов принес в жертву себя и всех своих сородичей, чтобы спасти мир?!
- Почему Звездный Бог Небесной Погибели, тот, кто управлял Кругом Вечных Несчастий Младенца Зла, подвергся опасности быть пойманным в ловушку и уничтоженным, появившись у стены Изначального Хаоса? Почему она помогла запечатать его?
- Почему Юнь Чэ, который явно обладал темной внутренней энергией, столкнулся с Императором Демонов в одиночку, чтобы спасти этот мир…
- Заткнись!
*Фью!
Длинный рукав его мантии взлетел в воздух, когда он ударил Чжоу Цин Чэня так сильно, что тот отлетел в сторону. Волосы и борода Чжоу Сюзи встали дыбом, а все его тело затряслось.
- Цин Чэнь, ты… Ты вообще понимаешь, что говоришь!? Ты сошел с ума! Темная внутренняя энергия уже начала пожирать твой разум, разрушать саму твою природу! Очнись!
Глава 1647.2. Азартная игра Вечного Неба
- Кхэ… Кхэ… Кхэ… – Чжоу Цинчэнь медленно встал, прислонившись к стене. Он вытер пальцем кровь, стекавшую с уголка его губ, и низко наклонил голову.
– Человек, чей разум затуманен, будет только бредить и бредить, как сумасшедший. Он будет говорить полную бессмыслицу и тарабарщину. Однако то, что только что описал этот ребенок – это вещи, которые и мой отец, и я лично видели, лично переживали…
- Кажется, я велел тебе заткнуться!!
Бах!
Вся кровь Чжоу Сюзи бросилась ему в голову, когда глубокий нефрит под его ногами взорвался мелким порошком и разлетелся в стороны.
Длинные волосы Чжоу Цинчэня были в беспорядке, а его дыхание стало неистовым и тяжелым. Он медленно опустился на колени, низко склонив голову.