- Я… Уйду первым…
Все тело Ло Шанчэня содрогнулось, и он с трудом заговорил, подавляя рыдания.
- Я Ло Чаншэн… – пробормотал он. – Я сын царственного отца… Молодой Господин, Священный Навес… Я… Не ублюдок…
Ло Шанчэнь закрыл глаза и мягко прошептал:
- ...Ты определенно Чаншэн. Ты – гордость Царства Священного Навеса, мой сын. Несмотря ни на что, ты всегда будешь… Сыном, которым я больше всего горжусь.
Когда свет в его глазах начал угасать, Ло Чаншэн, казалось, улыбнулся. Он уставился на грандиозную проекцию в небе и почувствовал, что видит бесчисленные глаза, смотрящие на него. Небольшая улыбка искривила его губы, когда он прошептал:
- Теперь… Все… Будут помнить меня… Ло Чаншэна…
- Они запомнят это.… Я… Ло… Чан… Шэн…
Слабая улыбка застыла на его лице, когда в глазах отразилось серое небо.
Когда все выбрали капитуляцию, которая была совершенно позорной, Ло Чаншэн, тот, кто обладал величайшим талантом и самым блестящим будущим, тот, кто должен был ценить свою жизнь превыше всего, предпочел умереть, а не подчиниться.
Все, что он делал до своей смерти, каждый хриплый крик, будет глубоко запечатлен в памяти всех практиков Восточного Божественного Региона. Все будут помнить, они будут помнить вечно… Что он – Ло Чаншэн.
Ясно почувствовав, что последние следы жизни Ло Чаншэна ускользают, каждый мускул в теле Ло Шанчэня начал деформироваться и спазмироваться, и даже его душа забилась в конвульсиях. Моментами он чувствовал себя совершенно опустошенным… Но даже эта пустота сопровождалась сильной болью, которую он никогда раньше не испытывал.
Он поднял тело Ло Чаншэна, его глаза были пусты и безразличны, и медленно пошел прочь. Его шаги были такими же тяжелыми, как у хрупкого и древнего человека… И он, казалось, совершенно забыл, что не получил темную метку Юнь Чэ. На самом деле он даже забыл попросить у него разрешения уйти.
Юнь Чэ не отдавал никаких приказов остановить его, и никто не выступил вперед, чтобы остановить его самого.
Юнь Чэ обернулся и послал звуковое послание Чи Уяо.
- Ты обыскала его воспоминания?
- Да, – ответила Чи Уяо. – Сначала я думала, что он знает о местонахождении Ло Гу Си, но, к моему удивлению, это не так. Эта сумасшедшая женщина все еще остается угрозой, которая имеет особое значение и не может быть проигнорирована.
Несмотря на то, что она не получила никаких известий о Ло Гу Си, она получила другую информацию.
Юнь Чэ не стал продолжать этот вопрос дальше.
- Ах, какая жалость, – Чи Уяо посмотрела в ту сторону, куда ушел Ло Шанчэнь. Она мрачно вздохнула и тихо назвала два имени. – Цзе Синь, Цзе Лин.
Цзе Синь и Цзе Лин появились позади нее в то же самое время, обе поклонились ей и ждали своих приказаний.
- Уничтожьте секту Священного Навеса, – безразлично сказала Чи Уяо.
Цзе Синь и Цзе Лин получили приказ и ушли.
Глава 1765.1. Пророчество
После того, как Ло Шанчэнь ушел, Янь Тяньсяо внезапно вздохнул.
- Я слышал об этом Ло Чаншэне давным-давно. Он считался молодым и необыкновенным талантом. Увидев этого человека своими глазами, я теперь могу сказать, что он был немного глуп и наивен, но не без характера. Всегда немного жаль потерять такого человека.
- Жаль? – Чи Уяо улыбнулась. – Император Ямы, ты же не думал, что он скорее умрет, чем подчинится тьме?
- Хм? – Янь Тяньсяо посмотрел на нее с вопросительными знаками на голове.
Чи Уяо объяснила:
- С момента своего рождения Ло Чаншэн был известен как сын Короля Священного Навеса и ученик Ло Гу Си. Его талант был небывалым, и он стал молодым Мастером Священного Навеса в очень юном возрасте. Можно сказать, что он родился с серебряной ложкой, о которой другой человек не осмелился бы мечтать и за сотню жизней.
- Смерть, конечно, пугает его, но еще больше его пугает потеря того, что сделало его тем, кем он был сегодня, и, что еще хуже, превращение всего этого в вечный позор его жизни.
- Если бы он решил остаться в живых, то никогда не смог бы вернуться в Царство Священного Навеса. Ло Шанчэнь будет ненавидеть его вечно, и это был только вопрос времени, когда мир узнает о его позоре.
- Вот почему он выбрал смерть. С этим поступком ненависть Ло Шанчэня к нему исчезнет, оставив после себя только печаль и связь, которую они создали. Царство Священного Навеса не объявит миру правду, и мир навсегда запомнит его как “Ло Чаншэна”.
Янь Тяньсяо нахмурился.
- Что ты хочешь этим сказать?
Чи Уяо с улыбкой покачала головой.
- На этом закончим. Он мертв, и я не вижу никакой пользы в разоблачении правды и уничтожении гордости, ради защиты которой, он отдал свою жизнь.