Движения Юнь Чэ были быстры и стабильны, его лицо также, казалось, не выглядело беспокойным. Сяо Лин Си наконец облегченно вздохнула. Поскольку Сяо Ле уже пошел, он улыбнулся и сказал: “Хорошо, что с тобой все в порядке. Не стоит слишком напрягаться, чтобы убедить нас в этом”.
Юнь Чэ ударил по груди и уверенно ответил: “Пожалуйста, будьте спокойны, Дедушка. В регионе Голубого Ветра вы уже лично убедились в способности моего тела к восстановлению…, Как вы здесь поживали до сих пор?”
Сяо Ле улыбнулся и ответил, отвлекшись от предыдущей темы: “Здесь я жил превосходно. Посетить Имперский Город всегда было моим желанием. Никогда не смел надеяться, что когда-либо смогу лично посетить его, и мало того, что мне удалось приехать сюда, я получил возможность войти в императорский дворец и лично встретиться с Императором, который лично вышел поприветствовать нас и даже организовал банкет в нашу честь…, До этого момента, такие вещи оставались для нас лишь пределом мечтаний”.
Когда Сяо Ле прибыл, мало того, что Цан Вань Хэ лично приветствовал его, он также лично заботился о нем. Как император страны, мало того, что он вежливо общался с ним, он также был почтителен. Он лично присутствовал на каждом приеме еды за эти три дня. Он организовал им государственный банкет, и даже заставил его остаться в покоях, которые непосредственно граничили с императорскими…, Сяо Ле естественно понял, что такое отношение императора происходило определенно из-за Юнь Чэ. Особенно в эти два дня, после того, как Юнь Чэ и Ся Цин Юэ вместе победили Лина Тянь Ни, Цан Вань Хэ стал обращаться с ним с еще большим количеством любезности и уважения. Во дворце, от дворцовой стражи и прислуги, принца или министра, все они выказывали ему уважение с признаками лести.
Поскольку он приходился Юнь Чэ дедушкой.
Все это, все еще походило на мечту.
– Если вам нравится находиться здесь, вы и маленькая тетя можете остаться в имперском городе в будущем – Юнь Чэ немедленно предложил:
- Если вы не хотите, то Город Восходящей Луны также не плох. Недавно, я уже приветствовал Сеньора Сиконга из Академии Восходящей Луны. Если бы Сиконг Хань встретился с Дедушкой, он был бы очень рад. К тому же он недалеко от Города Плывущих Облаков. Если Дедушка пожелает вернуться домой, вы сможете вернуться в любое время.
Статус Юнь Чэ уже возрос до небывалых высот. Теперь, когда он победил Лина Тянь Ни и косвенно стал самым сильным человеком в Империи Голубого Ветра, Сяо Ле понимал, что как его дедушка, независимо от того куда он пойдет, люди выстроятся в линию для того, чтобы как минимум поприветствовать его. Сяо Ле ответил со смехом: “Лин Си очень нравится это место, и те несколько дней, что я пробыл здесь, были приятны. В данный момент у меня еще не возникло планов по отъезду. Эти вопросы можно будет обсудить в будущем”.
– ХА-ХА-ХА-ХА!
Влиятельный и в то же время веселый смех раздался снаружи: “Мы приятно болтали с Братом Сяо в последнее время. Если Брат Сяо захочет уехать, то мы будем очень скучать по нему”.
Смех исходил от Цан Вань Хэ, который вошел бок о бок с Цан Юэ. Он был одет в его золотую одежду дракона. Позади него был Дунфан Сю, который следовал в трех шагах позади них. Когда он вошел, он немедленно посмотрел на Юнь Чэ.
Лицо Цан Вань Хэ теперь оздоровилось, и его голос был силен. Его пристальный взгляд был также силен и остр. Даже его волосы, которые уже затронула седина, когда он полумертвый лежал в кровати месяц назад, были теперь толстыми и черными. Это выглядело так, как будто он полностью стал другим человеком. С изобилием ресурсов в императорском дворце скорость восстановления Цан Вань Хэ была намного быстрее, чем Юнь Чэ предполагал. Цан Вань Хэ чувствовал глубокую благодарность к Юнь Чэ. Его любезность к Сяо Ле происходила лишь частично из-за влияния Юнь Чэ, и была, главным образом, из-за сильной благодарности к нему. Юнь Чэ не только спас его жизнь, но также и жизнь всей Императорской Семьи Голубого Ветра.
То, что сказал Цан Вань Хэ, ошеломило Цан Юэ, и она быстро сказала: “Отец, Дедушка Сяо – дедушка Старшего Брата Юня. Вы обращаетесь к нему как брат… не было бы это неуважением к старшинству”.
Судя по возрасту, Цан Вань Хэ был только несколькими годами моложе чем Сяо Ле. Однако после бедствия, что он испытал за прошедшие несколько лет, он относился к своей единственной дочери с благодарностью и безумной любовью. Как только она закончила говорить, Цан Вань Хэ засмущался и громко засмеялся: “Да-да. Выговор Юэ’эр был правильным. Мы не можем пренебрегать старшинством. Тогда… мне обращаться к вам как… Старший Сяо?”