Кажется, он должен был даже поблагодарить Кан Юня, если бы не он, то Юнь Чэ не так сильно бы стремился к силе, и не был бы собой нынешним.
Сейчас у него не было желания убивать его… Кто он сейчас? Зять императора Голубого Ветра, более того он носит звание “Номера один в империи Голубого Ветра”, этого более чем достаточно для того что бы контролировать главные секты. Перед Юнь Чэ все были вежливы боясь вызвать его гнев. Перед ним Кан Юнь не больше чем дерьмо. Убить его, не более чем замарать руки и статус.
Даже на Земной Ступени 5 его сила уже была велика. Даже Сяо Цзюэ Тянь не способен ей противостоять, не то что Кан Юнь. Под взглядом Юнь Чэ, его лицо стало пепельным, и он начал пятится к стене. “Не надо… Не убивай меня… В том году… Это не моя вина… Это все … было идеей Сяо Юй Луна… Я не причем… Я не причем…”
“Я знаю.” Спокойно сказал Юнь Чэ. “Естественно, Я знаю все что сделал Сяо Юй Лун. Именно поэтому я перерезал ему мышцы на руках и ногах, выколол ему глаза, оторвал уши, отрезал нос, отрезал язык, вырвал все его волосы, сломал его ноги и руки, и повредил его человечность… И в то же время я оставил ему жизнь, что бы он медленно умирал… шаг за шагом, в аду!!”
“Ах, ах,ах…” Сяо Кан Юнь издал странный крик, его страх достиг пика… Между его ног на землю стала стекать желтовато-белая струя.
Когда услышали рассказ Юнь Чэ даже самые старые старейшин, прошедшие через многое, почувствовали страх и озноб… Такими способами могли пользоваться лишь самые жуткие демоны.
Глава 397. Звон монет.
“Отец… Спаси меня… спаси… Я не хочу умирать… Пожалуйста… Отец!!”
Сяо Куан Юнь крепко прижался к ногам своего отца, Сяо Цзюе Тяня. Все его тело дрожало, а конечности обмякли он не мог даже встать. Он был молодым Мастером Секты Сяо, так что Куан Юнь жил очень развязно. Он сильно боялся смерти, но за всю жизнь Куан Юня не было никаких угроз его здоровью; Вокруг были лишь люди, которые безумно его боялись.
Сяо Цзюе Тянь посмотрел на своего собственного сына, который от страха потерял контроль над своим желудком. Его лицо побагровело, он захотел отшвырнуть его прочь. Тем не менее, это все же был его родной сын, он был его любимчиком. Он не мог спокойно смотреть на то, как его сына лишают жизни. Он глубоко вдохнул и сказал Юнь Чэ, сложив руки вместе: “младший брат Юнь, я знаю о твоей стычке с моим недостойным сыном. В том году этот кретин устроил крайне неприятный инцидент, но. Все же, ты и вся твоя уважаемая семья остались живы и здоровы. Грех моего недостойного сына не может рассматриваться как мелкий, но он ведь никого не убил. Поэтому, Юнь Чэ, я прошу тебя как великого человека с прекрасным пониманием мира, пощади моего никчемного сына. Я, безусловно, на всю жизнь запомню твое великодушие и благородство, и, конечно же, щедро отблагодарю тебя”.
“Он никого не убил?” – Юнь Чэ холодно рассмеялся: “ты ведь знаешь, из-за чего был уничтожен Клан Горящих Врат Рая? Но их грех был гораздо легче, чем грех твоего сына! Тем не менее. Все ученики и члены Клана Горящих Врат Рая, в общей сложности более семидесяти тысяч человек, были убиты без каких-либо почестей! ”
Слова Юнь Чэ заставили сердца членов Секты Сяо сжаться. Некоторые даже задрожали, а лицо Сяо Цзюе Тяня побледнело. Он понял, что когда он был на свадьбе Юнь Чэ, сила того заметно выросла по сравнению с той, которая была при уничтожении Клана Горящих Врат Рая. Из-за его невероятной скорости развития, Юнь Чэ, скорее всего, стал еще сильнее. Поэтому он сможет уничтожить Секту Сяо, все-таки разница между силами этих сект была небольшой.
Если бы он по-настоящему яростно напал на Секту Сяо.
Это было бы наихудшим вариантом событий, которого и боялся Сяо Цзюе Тянь. Теперь, когда Юнь Чэ пришел забрать свой долг, он больше не мог ни о чем думать. Он решил унизиться и попросил: “младший брат Юнь, ошибка моего никчемного сына не может быть прощена. Я считаю себя неспособным в воспитании собственных детей. это достойно позора. Тем не менее, в данный момент, даже если Куан Юнь станет в десятки раз сильнее, мой недостойный сын все равно не сможет причинить тебе ни малейшего вреда, и он не посмеет вас как-либо обидеть. Кроме того, если вы решите убить моего сына, то. Ты просто запачкаешься. Если же ты проявишь милосердие, то моя Секта Сяо будет благодарна тебе; ты будешь нашим господином. До тех пор, пока мы будем нужны тебе, Секта Сяо. не колеблясь, сделает все, чтобы исполнить любое твое поручение!”