Жасмин молча наблюдала за состоянием Юнь Чэ, её нежные черты лица, будто выточенные из нефрита, не показывали никаких изменений. Прошло четырнадцать часов и тело Юнь Чэ начало трястись и дергаться. Ужасная межпространственная турбулентность врезалась в его грудь, разрывала внутренние органы и чуть ли не вырывала горло… Жасмин знала, что Юнь Чэ достиг критической точки. Её глаза сверкнули, и бесцветная вспышка вылетела из руки.
В этот же миг окружающее пространство застыло и турбулентность вместе с тем значительно ослабела, уменьшившись до первоначального уровня.
Как только сила нагрузки на тело Юнь Чэ снизилось, он, до этого находившийся в сидячем положение, молча упал. Его тело быстро покрывалось свежей кровью, а дыхание было очень тяжелое. С большим трудом он снова сел. Не делая лишних движений, Юнь Чэ полностью сконцентрировался на восстановление своего тела.
Юнь Чэ максимально воспользовался данной ему передышкой и за час постарался исцелить как можно больше своих ран. И даже с защитой внутренней энергии его тело восстановилось лишь наполовину.
Юнь Чэ открыл глаза, перед ним было непрерывно искажающееся пространство и Жасмин, внимательно наблюдающая. Он сделал глубокий вздох и заговорил сквозь плотно стиснутые зубы: “Что… что произошло? Почему сила пространственной турбулентности возросла в несколько раз?”
“Изменения в силе турбулентности внутри Изначального Ковчега – это нормально. Однако, не радуйся раньше времени… вероятнее всего сила пространственных завихрений скоро снова увеличится… и возможно станет еще больше. Не забывай, Изначальный Ковчег появляется над Континентом Бездонного Облака раз в триста лет, есть вероятность что все это время он путешествует между измерениями без остановок. А за триста лет турбулентность может измениться еще множество раз! Твоя передышка не продлится долго. Так что, если не хочешь умереть, поторопись и сконцентрируйся на восстановление своей физической силы и внутренней энергии.”
На протяжение месяца, Юнь Чэ внутри Изначального Ковчега был как в аду. Когда он расслаблялся хоть на мгновение, его тело тут же словно пропускали через мясорубку. Турбулентность внутри Изначального Ковчега была бы непосильным испытанием для любого практика с Континента Бездонного Неба. Однако для Юнь Че, что пережил турбулентность во много раз мощнее – сейчас были минуты спокойствия. Теперь, когда пространственные завихрения ослабли, он мог осмотреться по сторонам… Даже под воздействием ужасающим пространственных штормов, стены и пол не понесли никакого урона; на них не появилось ни малейшей царапинки. Прочность этих построек вне сомнений внушало уважение.
Даже если Юнь Чэ спокойно выживает в турбулентности, стены вокруг него это еще одно непреодолимое препятствие.
Каждый камень здесь продержался в подобных условиях бесчисленное количество лет, при этом оставшись в идеальном состоянии… Даже полностью приспособившись к пространственным штормам, как ему сломать каменную дверь?
На мгновение задумавшись, Юнь Чэ насильно подавил все ненужные сейчас размышления и снова сконцентрировался. Пока он может спокойно противостоять турбулентности, надо восстановить как можно больше внутренней энергии и физической силы… Еще рано впадать в отчаяние. Иначе, в чем смысл продолжать держаться за жизнь? Если есть хоть малейший шанс, без разницы какие испытания ему предстоит пережить – Юнь Чэ не сдастся.
Сейчас главной целью Юнь Чэ было не сбежать из этого места, а научиться выживать здесь. Как Жасмин и говорила… шаг за шагом, он потихоньку адаптировал своё тело к выживанию в межпространственной турбулентности.
Спокойный период закончился. Два часа спустя, мощь пространственных завихрений невероятно возросла, Юнь Чэ чувствовал, как бог смерти пришёл к нему и непрерывно крошит его тело своими косами. Глаза Юнь Чэ распахнулись и с яростным ревом, он максимально нагрузил свои внутренние каналы. Одновременно с этим, Великий Путь Будды также работал с наивысшей скоростью.
Юнь Чэ не знал, когда эти мучения закончатся…
И даже если он будет на грани смерти… добровольно он не сдастся!
Глава 475. Остановка Изначального Ковчега.
В этот раз Юнь Чэ продержался четырнадцать с половиной часов.
Он находился в максимальной концентрации постоянно, дабы не быть разорванным пространственным штормом. Сам он за временем не следил, но Жасмин считала каждую секунду, даже лишние полчаса показывали, что тело Юнь Чэ и его внутренняя энергия претерпели значительные изменения за этот период усиления турбулентности.