Хотя все указывало на Шуй Мэй Ин, он все еще хотел услышать ответ из ее собственных уст. Невозможно было отбросить привязанность и любовь за нефритами образов.
- Угу! – Шуй Мэй Ин широко улыбнулась и кивнула. В этот момент ее глаза сияли, как звездные бриллианты.
- Хотя я знаю, что Иллюзорные Стеклянные Нефриты Образов могут записывать события без следа, я должна признать, что в то время я очень нервничала. К счастью, никто не заметил, что я делала с самого начала и до самого конца.
Ее ответ вызвал дрожь в каждом темном практике, присутствующем там. Они сразу же посмотрели на нее в совершенно ином свете, чем раньше.
Юнь Чэ уставился на нее со сложным выражением лица, прежде чем спросить:
- Что заставило тебя записать эти сцены?
- На самом деле, я записала первую проекцию полностью по прихоти. В то время все говорили, что багровая трещина вполне может касаться судьбы всего Божественного Царства, поэтому я подумала, что могу также вести запись исторического момента. Я не ожидала, что старшая Император Демонов вернется именно в этот момент.
- После того как ты успешно изменил мнение старшей Императора Демонов, каждый Божественный Император и Короли царств восхваляли тебя как Божественное Дитя Мессию, но почему-то я не могла избавиться от чувства тревоги в душе каждый раз, когда видела тебя, поэтому подумала, что будет разумно вести запись всего, что произошло…
- И, похоже, мое решение было правильным.
Шуй Мэй Ин действовала не из хитрости, а из смутного чувства неловкости. Она сделала все, чтобы защитить Юнь Чэ.
Юнь Чэ почувствовал тепло, поднимающееся в его сердце. Он мог упасть в бездонную тьму, но, по крайней мере, у него все еще была веревка теплого света, за которую можно было ухватиться.
- Спа.
Прошло слишком много времени с тех пор, как он благодарил кого-то, но нежная рука накрыла его губы прежде, чем слова смогли слететь с его губ. Шуй Мэй Ин покачала головой и сказала:
- Ты мой жених, и вполне естественно, что я защищаю своего будущего мужа, старшего брата Юнь Чэ. Мне не нужна твоя благодарность.
Юнь Чэ улыбнулся и погладил ее по щекам.
- Хорошо, тогда я не буду тебя благодарить.
Он перешел к следующей теме.
- Ты была заточена в Божественном Лунном Царстве все эти годы?
- Угу, – Шуй Мэй Ин кивнула.
- Ся. Цин Юэ заперла меня на самом нижнем этаже лунной тюрьмы, но правда в том, что она вообще не могла держать меня там. Единственная причина, по которой я продолжала оставаться там до недавнего времени, заключалась в том, что я хотела защитить папу, старшую сестру и Царство Стеклянного Света.
- Хм? – Юнь Чэ поднял бровь.
Шуй Мэй Ин продолжила:
- Я думала, что старший брат Юнь Чэ может вернуться очень скоро после того, как узнала, что Северный Божественный Регион ведет себя странно, поэтому я выбрала это время, чтобы покинуть Божественное Лунное Царство. Я рада, что мне удалось вовремя передать эти Иллюзорные Стеклянные Нефриты Образов тебе.
- Ся Цин Юэ не могла тебя удержать? Почему? – спросил Юнь Чэ.
- Это секрет. Я расскажу тебе об этом. И еще один большой приятный сюрприз в будущем, хе-хе! – сказала она с сияющей улыбкой.
Юнь Чэ не стал настаивать на ответе. Он просто улыбнулся и сказал:
- Хорошо. Кстати, человек, который причинил боль твоему отцу и заключил тебя в тюрьму, Ся Цин Юэ, теперь мертва. Кроме того, я разнес на куски Божественное Лунное Царство, так что тебе больше не придется беспокоиться о них.
Искорка в ее глазах внезапно замерла. Ее губы слегка приоткрыты, когда она прошептала:
- Она. Мертва?
- Угу, – ответил Юнь Чэ.
- Она умерла в Бездне Небытия. К сожалению, я не смог убить ее своими руками потому что она сохранила последние силы чтобы прыгнуть в Бездну Небытия… Хм? Что случилось?
По какой-то причине по щекам Шуй Мэй Ин снова потекли слезы.
Она поспешно вытерла их, прежде чем снова улыбнуться ему.
- Это замечательная новость! Наконец-то она умерла! Она. Она сделала это с тобой и папой, она. Она худший. Абсолютно худший человек во всем мире…
- Она. Она наконец-то…
Шуй Мэй Ин внезапно снова уткнулась лицом в грудь Юнь Чэ. Ее плечи сильно тряслись, когда она пыталась подавить рыдания.
Юнь Чэ нежно обнял ее за плечи и почувствовал, что его рубашка снова намокла. Несколько удивлен ее реакцией, он сказал:
- Почему ты снова плачешь?
- Тебе больше трех тысяч лет, а ты все еще ведешь себя как ребенок.
Тем временем Шуй Мэй Ин сильно покачала головой, прежде чем сказать прерывающимся голосом:
- …Я просто. Рада… Рада, что ты вернулся… Рада, что Ся Цин Юэ. Мертва… Я. Я так счастлива. Так, так счастлива…
Всхлипы.
С другой стороны, Чи Уяо смотрела на спину Шуй Мэй Ин с неуловимым хмурым выражением лица.