Подавляя бушующие в сердце эмоции, он высказал свои подозрения Шуй Мэй Инь.
- Когда Поражающая Небеса Императрица Демонов передала его тебе, она оставила какие-то особые инструкции?
Шуй Мэй Инь на мгновение задумалась, прежде чем ответить:
- Она сказала, что предпочла бы, чтобы эта вещь вообще никогда не попадала в ее руки.
Юнь Чэ лишился дара речи.
Он не получил желаемого ответа, но слова Поражающей Небеса Императрицы Демонов содержали безграничную печаль и сожаление, которые никто из посторонних никогда не смогут понять.
Закон небытия, который постиг Юнь Чэ, базировался на двух фрагментах Бросающего Вызов Миру Небесного Руководства, которыми он уже владел.
Это было чрезвычайно уникальное и расплывчатое просветление, потому что Юнь Чэ даже не понимал, как он вообще достиг этого просветления, и не знал, какую часть этого закона действительно понял.
Теперь, когда он объединил “Бросающее Вызов Миру Небесное Руководство”, завершенная Божественная Техника Предков могла помочь ему углубиться в самые потаенные секреты закона небытия.
Однако он не мог прочитать Божественный Текст Абсолютного Начала. Единственным человеком во вселенной, который мог это сделать, была Сяо Линси.
К несчастью для него, он не мог открыться ей сейчас.
Юнь Чэ убрал черную каменную табличку и выбросил из головы все мысли о Бросающем Вызов Миру Небесном Руководстве, и о Божественной Технике Предков. После этого он повернулся к Шуй Мэй Инь и сказал:
- Мэй Инь, после того, как мы вернемся в Царство Голубого Вала Десяти Сторон, можешь ли ты пообещать мне одну вещь…
Когда они вернулись в Царство Голубого Вала Десяти Сторон, Юнь Чэ засмотрелся на пейзаж. Это голубое небо и океан были красивым, как картина, поскольку его глаза и душа впитывали их великолепие.
Теперь мир казался ему намного красочнее и ярче.
Три Предка Ямы бросились к Юнь Чэ на максимальной скорости, как только почуяли его ауру. Они благоговейно остановились перед ним и поприветствовали его.
- Мы приветствуем Мастера и рады Вашему возвращению.
Юнь Чэ мягко гладил трехцветный стеклянный звуковой камень на своей шее, на его лице была теплая и нежная улыбка. Голоса Трех Предков Ямы заставили его рефлекторно посмотреть на них, но улыбка с его лица все еще не исчезла.
В тот момент, когда увидели эту улыбку, Три Предка Яма почувствовали, как по их спине пробежала сильная дрожь. После этого они практически обмочились, неистово падая ниц перед Юнь Чэ.
- А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Пожалуйста не злитесь! Этот старый раб заслуживает. заслуживает тысячи смертей! – Янь Первый взвыл, ударившись головой о землю. Его скрюченное тело было практически приклеено к земле, когда он трясся от ужаса.
- Этот старый раб раскаивается! Прошу прощения у Мастера, – Янь Второй дрожал даже сильнее, чем Янь Первый.
- Этот старый раб некомпетентен и туп. Поскольку я навлек на себя гнев Мастера, то точно заслуживаю тысячекратной смерти. Я умоляю Мастера наказать этого старого раба. Вы не должны так злиться, и вредить себе, – завыл Янь Третий, когда его голова билась о землю с устойчивым ритмом удара молота.
Губы Юнь Чэ дернулись… Он сразу понял, что его слабая улыбка напугала трех стариков до потери сознания.
- Поднимайтесь.
После того, как невероятно нежно отпустил звуковой камень, он протянул руку и сказал:
- Перестаньте мельтешить перед глазами и нарушать покой! Идите отдохните где-нибудь!
Сказав это, Юнь Чэ сразу же ушел. Три Предка Ямы вскочили, уставившись на его уменьшающуюся фигуру глазами, большими, как блюдца. Их мозг просто не мог обработать то, что только что произошло.
После того, как отправил звуковые послания Чи Уяо, Цянь Инь, Цай Чжи и Янь Тяньсяо, Юнь Чэ встал в центре Королевского Зала Голубого Вала, закрыл глаза и прошептал:
- Хэ Лин, приготовься открыть Божественное Царство Вечного Неба.
Взволнованный голос Хэ Лин очень быстро прозвучал в его голове.
- Хозяин, вы наконец… все продумали!
- Да, – сказал Юнь Чэ, улыбаясь и кивая.
- До сегодняшнего дня я думал только о том, чтобы использовать самый жестокий и быстрый метод, и разорвать Лун Бая на части. Каждый день, когда мне приходилось ждать, был пыткой из-за моего сильного желания, и я без колебаний заплатил бы любую цену, чтобы воплотить это желание в жизнь.
- Но теперь все кардинально изменилось.
Пока он говорил, на его лице оставалась слабая улыбка, даже когда он упомянул имя “Лун Бай”.
Фигуры всех людей, вновь появившихся в его жизни, снова всплыли в его сознании, когда он закрыл глаза и сказал:
- Теперь я не буду возражать, если мне придется ждать триста лет или даже три тысячи лет в Божественном Царстве Вечного Неба, не говоря уже о жалких трех годах.