Такой талант, такая элегантность, такое изящество, и эти глаза…
Все ее лицо было безупречно и безукоризненно, без каких-либо следов Пыли Бездны, и даже… без каких либо следов вообще.
Четыре слова: Первое знакомство с Пылью Бездны… четко прозвучали в сознании и море души Юнь Че.
Какая семья, какая забота и какая защита могли породить настолько прекрасную женщину?
Может быть, это…
Его шаги замедлились ещё сильнее, и сдержанное до этого духовное чувство высвободилось.
Человек в серебристом костюме кого-то ему напомнил.
В городе Плывущих Облаков, когда его глубокие каналы ещё были искалечены, он встретил Сяо Куаньюня из Секты Сяо.
Это были разные плоскости, разные происхождения, но общий опыт Юнь Че и Чи Ву не мог быть ещё более схожим, как если сранивать его с зелёными равнинами.
Когда благородный человек прибывает в город простолюдинов, где ему не нужно сдерживаться, следовать правилам и законам, он может в полной мере проявить своё высокомерие, и в таком случае он совершенно естественно потеряет свою рассудительность.
В конце концов, зачем умному человеку думать в стране дураков.
И так, как же он отреагирует, когда встретит эту молодую девушку….
Однако происхождение этого человека в серебряной одежде должно было быть крайне исключительным, к тому же его тайно охранял человек, который был страшнее Мо Бэйчэня, и которому он не мог противостоять.
В сочетании с тем, что Божественное Собрание было не за горами, рационально было бы не искать себе проблем.
Взвешивание всех за и против бурным потоком проносилось в его сознании.
…
Неудивительно, но мужчина в серебряной форме заметил приближающуюся девушку.
Человек в серебряной одежде, неторопливо а й ф р и д о м гуляющий по миру смертных, словно Царь Небес, вдруг застыл на месте, его пять чувств внезапно напряглись, и единственное, что можно было заметить на его лице, это пару бессознательно выпученных глаз…едва ли не выскользнувших из глазниц.
Учитывая его происхождение, ему наверняка посчастливилось наблюдать всю градацию красоты, и в его гареме находились тысячи наложниц, поэтому, естественно, повидав женщину в этом скромном низшем царстве, он мог только фыркнуть от отвращения.
Но как только он увидел девушку с белоснежной вуалью, он на мгновение потерял рассудок.
Светлый взгляд девушки слегка скользнул по нему — она наблюдала этот ошарашенный взгляд слишком часто после своего выхода в настоящий мир.
Поэтому она стала уделять больше внимания сокрытию своей внешности.
Незадолго до этого она находилась в Пустынной Буре, которая подавляла её духовное чувство, вместе с тётей, не желавшей давать ей никаких указаний.
Но вместо того, чтобы обидеться на тётю, она оставалась в буре до тех пор, пока не могла высвободить своё духовное чувство в достаточной мере, и только когда она была довольна мощностью высвобождённого чувства, она направилась в Царство Цилиня, а затем и в Императорский Город этого Смертного Царства.
Из-за независящих от неё обстоятельств она была максимально защищена с детства и большую часть времени проводила в Чистой Земле. Теперь, когда она оказалась в этом мире, ее охватило глубокое любопытство.
Мужчина перед ней уставился на неё, не понимая, насколько уродливым он выглядит.
Только когда фигура девушки удалилась ему за спину, он окончательно пришел в себя. Он вдруг осознал, что его глаза, следуя за фигурой девушки, крайне комично вывернули его туловище.
В этом убогом местечке… есть такая женщина.
Сорок процентов волнения, сорок процентов удивления и двадцать процентов безрассудства. Его голос слегка дрожал, а на вытянутой ладони бессознательно сжались пять пяльцев.
Невероятно приятно в медной шахте найти самородок золота.
Младшая сестричка, ты ведь родом не из Царства Цилиня Бездны, верно?
Изящный голос раздался из-за спины девушки, и прежде чем он смог закончить фразу, она уже повернулась набок.
Мужчина в серебрянных одеждах уже двинулся навстречу девушке, его фигура была прямой, глаза — туманными, изгиб рта — безупречным, осанка — элегантной, а черты лица — достаточно красивыми, чтобы очаровать любую женщину.
В его руке появился серебряный веер.
Какой очаровательный аристократ.
Если он и гордился чем-то больше, чем своим происхождением, то несомненно своей белой кожей.
Девушка остановилась, но не стала заглядываться на него, вместо этого очень естественно ответив: Я действительно не местная.
Очень слабое, почти что безэмоциальное предложение всё ещё звучало невероятно освежающе для уставшего сердца, словно у спустившейся с небес феи.