31 октября, ханойское время 07-03. Эсминцы US NAVY DD-731 "Мэддокс" тип "Аллен Самнер" и DD-951"Тернер Джой" тип "Форрест Шерман", Тонкинский залив, девять миль от бухты Винь и базы торпедных катеров флота ДРВ Винь Гианг.
Когда с поста РЛС поступила информация о появлении впереди трех торпедных катеров коммунистов, коммодор Херрик даже обрадовался. Лезть прямо под вражеский берег всего с двумя эсминцами ему не очень хотелось, а ведь так вполне могло бы быть. Забьются красные в свою базу, как мыши, а выковыривать их оттуда при помощи пятидюймового калибра, рискованное дело, можно на береговую артиллерию нарваться, или на минное заграждение. Другое дело в море, как сейчас. Эсминец содрогнулся от залпа носовой спаренной башни.
-Недолет три кабельтовых, вправо один. Невозмутимым голосом внес поправки оператор артиллерийского радара. Херрик внутренне поморщился. "Мэддокс" был старым и изношенным кораблем. Ветеран сражений 1944-45 годов у Формозы и Окинавы, прошедший всю корейскую войну, герой высадки в Инчхоне, эсминец ни разу не был в капитальном ремонте. Нет, на нем меняли какое-то радиотехническое оборудование, но все программы модернизации, все эти FRAM-ы проходили мимо него. Он всегда был занят. То война в Корее, то патруль во время Тайваньского кризиса 1955 года, то участие в маневрах сил SEATO, или совместных маневрах с Тайванем и Японией. И сейчас эсминец к серьезной войне был не очень готов. Радар откровенно барахлил, акустическая станция работала через раз, да еще в команде было полно новичков. И этим пацанам приходилось разбираться с техникой, на которой вполне могли воевать их отцы. Коммодор принял решение.
-Передать на "Тернер Джой". Поворот "все вдруг" на курс 110. Через минуту лечь на курс 160. Кораблям открывать огонь по возможности. И что там у нас с авиацией? Херрик запросил авиационную поддержку еще семь минут назад, если на авиабазе в Дананге дежурное звено мышей не ловило, "Инвейдеры" должны вот-вот появиться здесь.
-Коммодор, авиабаза Дананг на повторные вызовы не отвечает!
-Так запросите авиационный центр Комитета в Бьен Хоа! Раздраженно бросил Херрик.
-Центр в Бьен Хоа тоже не выходит на связь! Херрик расстегнул верхнюю пуговицу форменной рубашки, ему внезапно показалось, что в рубке эсминца стало очень душно. Эсминцы уже повернули на курс 160, постепенно уходя к югу, причем "Тернер Джой", как и рассчитывал коммодор, шел головным. Вражеские катера, словно что-то выжидая, держались на правой раковине американцев. Они не форсировали двигатели, не ускорялись на сближение с эсминцами, только разошлись в стороны, непрерывно маневрируя. Редкий огонь главного калибра эсминце на большой дальности пока не привел ни каким результатам. "Чего же они ждут?", только подумал коммодор, как два рапорта дали ему ответ.
-С "Тернер Джоя" передают, девять воздушных целей по азимутам от 320 до 40, высота 1000, скорость 400, идут прямо на нас. Это вражеские, повторяю, вражеские самолеты! Радар на "Тернер Джое" был гораздо более современный, да и работал без сбоев, поэтому он первым и заметил новую угрозу. Но она была не единственная.
-Это пост РЛС! Наблюдаю еще надводные цели, четыре единицы, отставить, шесть единиц! Скорость тридцать семь, дальность шесть, они подходят к нам с правой раковины! Это тоже торпедные катера, сэр! Ближние три катера тоже набирают скорость, пока идут параллельно нам по правому борту!
-Передать на "Тернер Джой", последовательный поворот на курс 90, увеличить ход до 30!
Силовая установка "Мэддокса" уже не могла выдать паспортную скорость в 34 узла. Тридцать узлов, и в течение не более часа, вот и все, на что способно сейчас было изношенное "сердце" эсминца.
-И постарайтесь связаться со штабом второй воздушной дивизии, выясните, что произошло с нашими авиабазами! Обратился он к радисту.