База в Ке-Сань "держала" вторую стратегическую дорогу, идущую с севера на юг, шоссе номер 15, одновременно контролируя рокадную дорогу АН16. И захват этого перекрестка открывал дивизиям АСВ обходной путь, мимо Куангчи, в провинции Куангтри, и даже мимо Хюэ, в центральный Аннам. А с учетом того, что в регионе только что закончился сезон дождей, технику, и особенно снабжение войск во вменяемом количестве можно было использовать только по дорогам. Танки и другая гусеничная техника еще могли как-то продвигаться по проселочным местным дорогам, но колесные грузовики нет. И поэтому взятие базы Ке Сань было для командования 324 механизированной дивизии первоочередной задачей. Передовые механизированные части этой дивизии, заранее пересекшие семнадцатую параллель, уже к 7-00 продвинулись на пятнадцать километров по серпантинам только что проложенного "ду кич" колонного пути, который позже получил названия "тропа Хо Ши Мина". Одновременно части 310 дивизии подступили к базе Ке Сань по шоссе 9Е с запада, сходу атаковав и рассеяв южновьетнамский батальон, оборонявший пункт пограничного перехода в городке Лао Бао. Тот факт, что целая дивизия, фактически, залезла на территорию сопредельного Лаоса, да еще за неделю до начала боевых действий, Нгуен Во Зиапа волновал мало, если вообще волновал. Не в первой, в войне с французами он уже в апреле 1953 молниеносным броском вторгался в Лаос, и даже окружил его столицу, Луанг-Прабанг, вместе с засевшими там французами, за спиной которых отсиживался король Лаоса. Французы, запаниковав, начали по воздуху перебрасывать туда подкрепления, которых потом им так не хватило на основном фронте войны, в Тонкинской дельте.
Одним словам, к 9-20 части 310 дивизии вышли к Ке Сань, обходя базу мелкими подразделениями пехоты. Но сначала на американцев обрушился удар с воздуха. Северный Вьетнам в 1962 году не имел достаточного числа бомбардировщиков, шестерка Ил-28 со смешанными советско-вьетнамскими экипажами, вот и все, что было в ВВС ДРВ по состоянию на 09-00 31 октября. Но еще в ВВС было целых три истребительных полка на реактивных МиГ-17. А советские и китайские инструкторы имели кое-какой опыт применения этих машин по наземным целям, успев их накрепко вбить в головы своим подопечным. И в 09-15 на головы американцев в Ке Сань упала восьмерка МиГов из первой эскадрильи 921 истребительного авиаполка. В отличие от бомбардировщиков, в кабинах, атакующих МиГ-17Ф сидели исключительно вьетнамцы. Первые МиГи поступили на вооружение ВВС ДРВ еще пять лет назад, и на их обучение руководство ДРВ не экономило. Уж очень негативную память о себе оставили налеты французских "Хэллкетов" и "Мародеров" в прошлую войну. А сейчас все эти неприятные ощущения предстояло испытать американцам. Восьмерка МиГов свалилась на лагерь Ке Сань с востока, со стороны уже взошедшего солнца. На вертолетной площадке как раз поднимался один из немногих СН-34А. Он уцелел после утреннего разгрома, устроенного Вьетконгом американским авиационным базам и как раз прилетел в Ке Сань, чтобы срочно забрать двух тяжелораненых в первом утреннем столкновении. Ведущий восьмерки МиГов, капитан Фам Нгок Лан, чуть отвернув от курса, короткой очередью из пушек полоснул по висящему на высоте нескольких метров вертолету. Два снаряда попали в хвостовую балку, и поврежденная конструкция просто сложилась пополам, под действием нагрузки от момента хвостового винта. К удивлению американских вертолетчиков, перехлеста лопастей основного винта с хвостовым не случилось, и они смогли "уронить" неуправляемый и вращающийся вокруг себя "Чоктай" на землю, на самом краю площадки. На земле, впрочем, было совсем не до них. Половина МиГов несла по две 250-килограммовые фугаски, половина - по два блока 57-мм неуправляемых реактивных снарядов, и сейчас все это богатство, щедро высыпанное вьетнамскими пилотами на головы американцев, взрывалось и горело среди множества ящиков и тюков со снаряжением, амуницией и боеприпасами. Американцам опять аукнулось наплевательское отношение к угрозе обстрелов, как с земли, так и с воздуха. Впрочем, последнюю опасность они не рассматривали даже теоретически, за что сейчас вынуждены расплачиваться кровью.