Последнюю фразу он произнес для советского советника, и тот только одобрительно кивнул головой.
Тем временем сторожевики тоже начали стрельбу, редко выплевывая по одному снаряду из своих носовых сто миллиметровых установок Б-34УСМА, пристреливаясь по врагу. Причем все четыре, даже "Йос Сударсо", судя по всему он удачно перенес три попадания из вражеских пяти дюймовок.
-Попадание пришлось в кубрик команды N7, в 14 отсеке. Небольшой пожар потушен, осколками повреждена одна из кормовых топливных цистерн, подводных пробоин нет. Скороговоркой выпалил старший офицер эсминца.
"Легко отделались" -промелькнуло в голове у советского советника, стоящему в ГКП, рядом с командиром эсминца. Все офицеры спустились сюда с мостика, едва американцы начали обстрел. Хотя эсминцы проекта 30-бис имели броню лишь в башнях главного калибра и одной кормовой спаренной 76-миллиметровой зенитной установке, все-таки ГКП, размещенный внутри среднего яруса носовой надстройки на полубаке эсминца, гораздо больше защищен от осколков, чем открытый всем ветрам мостик, расположенный на верхнем ярусе этой же надстройки. По крайней мере, так хотелось верить.
-Попадание в "Йос Сударсо"! Опять по нервам ударил взволнованный голос сигнальщика. Похоже американский эсминец пристрелялся и ведет огонь из своих пяти дюймовок на максимальной скорострельности. А она у него один выстрел в три секунды, для каждого орудия. Но пока, на удивление, на смутно чернеющем в темноте по правому борту девяносто метровом корпусе сторожевика видны лишь вспышки попаданий. И сам "Йос Сударсо" ведет огонь, более того, он, как и остальные сторожевые корабли, закончил пристрелку, и перешел на беглый огонь, выплевывая из своих двух носовых сто миллиметровок снаряды каждые четыре секунды. Чуть медленнее, чем противник, но на четырех сторожевиках целых восемь стволов, должны же они хоть когда-то попасть!
- "Сударсо". Даже не прокричал, простонал сверху сигнальщик. Капитан второго ранга не выдержал, подойдя к узкому боковому иллюминатору. Сторожевик, с бушующим пожаром в середине корпуса, резко сбавлял ход, одновременно вываливаясь из строя вправо. Но два его орудия по-прежнему вели огонь.
-Радио с "Йос Сударсо". "Попадание в котельное отделение, поврежден один котел и топливная цистерна. Пожар, имею ход девятнадцать узлов". Прокричал, пытаясь пробиться сквозь звуки стрельбы своих орудий, офицер-связист.
И тут же, по ушам резанул радостный вопль с поста "Зари":
-Есть! Есть попадание в эсминец! Мы его достали! Но не успели на лицах офицеров появиться улыбки, как на носу "Сисингамараджа" вспух клуб багрово-красного огня разрыва. Буквально в десятке метров от стволов носовой башни. И сразу, не дожидаясь запроса командира корабля, раздался спокойный голос старшего офицера:
-Похоже, мы лишились цепного ящика, вместе со всем содержимым.
-Уж лучше цепной ящик, чем носовой погреб главного калибра. Так же спокойно ему ответил командир. А советский советник, глубоко вздохнув, спросил себя, а смог он так спокойно вести себя, будь он на месте этого индонезийского "морского подполковника"? И сам себе признался, что не знает ответа.
-Опять попадание в "Йос Сударсо"! Горестно простонал сигнальщик. Сторожевик уже остался позади, постепенно отставая и уклоняясь вправо, но вспышка нового разрыва была хорошо видна, даже на фоне не стихающего пожара. Но через несколько секунд снова всех встряхнул ликующий голос с поста "Зари":
-Есть! Снова попадание во вражеский эсминец! И еще одно, два, нет, три! "Это не могут быть наши сто тридцатки, слишком быстро, наверное, сторожевики отличились" -промелькнула мысль советского капитана второго ранга, тут же прерванная еще одним ощутимым ударом по корпусу эсминца. Вражеский крейсер снова в них попал. И снова в нос эсминца, разворотив шкиперскую кладовую. На развороченном носу теперь занимался пожар, однако быстро заливаемый матросами аварийной партии. Как долго они смогут выдерживать удары 47 килограммовых фугасов вражеского крейсера? Ведь он стреляет по ним в полигонных условиях, все индонезийские корабли сосредоточили огонь на эсминце противника. Что, впрочем, не помешало этому эсминцу уже выбить из нашего строя "Йос Сударсо". Эти размышления советского офицера были прерваны печальном сообщении об еще одном попадании в многострадальный "Йос Сударсо".
-Похоже, американец решил не останавливаться на достигнутом, а непременно добить "Йос Сударсо". Обратился командир "Сисингамараджа" к советскому советнику.