- Прибалтийского, вместе с командующим генерал-полковником, Гусаковским, первым заместителем командующего генерал-лейтенантом Бауковым, начальником штаба генерал-лейтенантом Семёновым. Если бы не самовольство Маргелова, на северном направлении наши сухопутные силы остались бы вообще без всякого управления;
-Киевского, вместе с командующим генерал-полковником Кошевым, первым заместителем командующего генерал-полковником Чижом, начальником штаба генерал-полковником Крамаром;
-Одесского, вместе с командующим генерал-полковником Бабаджаняном, первым заместителем командующего генерал-полковником Потаповым, начальником штаба генерал-лейтенантом танковых войск Никитиным;
-Полностью уничтожен штаб Дальневосточного военного округа, вместе с командующим генералом армии Крейзером. И всем городом Хабаровск.
Третье. И самое основное. В настоящее время, известно лишь о пяти военных в СССР, которые живы и имеют маршальское звание. Это я, вы, Иван Степанович, командующий армией "Анадырь" генерал армии Батицкий, командующий Прикарпатским военным округом генерал армии Гетман, командующий Среднеазиатским военным округом генерал армии Федюнинский. Батицкому, Гетману и Федюнинскому звание маршалов присвоено буквально перед самой войной, Указ Президиума был готов, но его не успели опубликовать. Циркуляр из Минобороны даже еще не успел везде пройти по частям, так что я перед ними имею преимущество по времени производства. Перед вами, Иван Степанович, я имею преимущество согласно занимаемой должности. Есть возражения?
-Какие? Вообще, о чем вы, Андрей Антонович? Спокойно и даже миролюбиво произнес маршал Конев, уже догадываясь, о чем сейчас пойдет речь.
-Поскольку установлено, что все военное и политическое руководство СССР погибло, я, как оставшийся старший по званию, принимаю на себя командование всеми вооруженными силами Советского Союза. А поскольку сейчас идет война, то так же и политическое и хозяйственное руководство СССР.
-Я согласен с вашим решением, Андрей Антонович. Неожиданно быстро и покладисто сказал Конев. Мы не в том положении, чтобы затевать еще и склоку за власть. Да и не мое это. Вы моложе меня, вам, как говорят, и карты в руки. Я принимаю ваше решение и готов подчинится. Приказывайте.
-Хорошо. Тогда принимайте командованием Западным фронтом. Там все вам знакомо, долго в курс дела вникать не придется. Завершите то, к чему мы все стремились с 1945 года. Столкните этих ублюдков из НАТО в океан. Маршал Гречко жестом успокоил вскинувшегося было существующего командующего Западным фронтом, генерала армии Ивана Игнатьевича Якубовского.
- Иван Игнатьевич! Дорогой! Вы превосходный организатор. Для вас у меня будет новое поручение. Как вы знаете, маршал Баграмян погиб. Служба тыла вооруженных сил всего Советского Союза обезглавлена. А в европейской части уже имеются огромные разрушения транспортной сети и связи. Поэтому, я назначаю вас командующим Тылом вооруженных сил СССР, и вдобавок, временно, командующим войск связи вооруженных сил СССР. С подчинением всех тыловых частей и объектов. В том числе и гражданских. Наводите порядок, но в первую очередь, обеспечьте снабжение нашим наступающим соединениям в Европе. От Норвегии до Турции. Вдобавок, с подчинением напрямую вам всей тыловых служб Московского, Ленинградского, Прибалтийского, Киевского и Одесского округов. Все боевые части и соединения этих округов я подчиняю себе. Временно, до организации новых штабов этих округов.
Теперь, давайте рассмотрим положение дел на фронтах. По положению дел в Норвегии я запрошу Маргелова позже. А сейчас начнем с вас, Юрий Вячеславович.
28 октября, московское время 06-10. СССР, дорога М10, участок Яворов- Львов, два километра к востоку от городка Новояворовск. Лесной массив к юго-западу от заповедника "Росточье".
-Прибавь, Василий! Приказал своему водителю генерал армии Андрей Лаврентьевич Гетман, командующий Прикарпатским военным округом.
-Охрана будет недовольна, они и так отстают. Произнес в ответ водитель, тем не менее выжимая педаль своего ГАЗ-69 в пол. Действительно, два БТР-40 охраны уже шли метрах в четырехстах позади. Вообще-то, уже это было вопиющим нарушением. По инструкции, один бронетранспортер должен идти первым, потом грузовой автомобиль с бойцами, а уж потом "газик" командующего", и замыкающим еще один БТР. Но в этой поездке все с самого начала пошло наперекосяк. Сначала невнятные донесения, из которых следовало, что двести двадцать шестой ремонтно-восстановительный батальон никак не может обеспечить в срок работу капитального моста через реку Сан возле Перемышля. Потом начались такие же чудеса с работой пятьдесят четвертого понтонно-мостового полка, который получил задание навести два моста через ту же реку, возле шоссе М11 и Е40. Мосты нужны были уже до зарезу, части второго эшелона округа, 66 гвардейской мотострелковой и 107 гвардейской танковой дивизий, уже подходили к реке. А еще перед ней топтался 899 тяжелый гаубичный артполк из состава 26 артиллерийской дивизии окружного подчинения, который не успел переправится до налета противника. Остальные части 26 дивизии уже бодро катили по центральной Польше, а передовой разведдозор уже подходил к Гливице. Этот город был больше известен, как бывший немецкий город Гляйвиц, где в общем-то и началась прошлая мировая война. И тут такой афронт. Командующий, в прошлую войну известный танковый командир, прошедший от контрудара под Москвой, где командовал 112 танковой дивизией, через Курскую битву, до Берлина, где он был уже заместителем командующего 1 гвардейской танковой армией, вспылил. Вспыхнул, завелся и отправился лично разбираться с нерадивыми саперами. И сразу начались проблемы. Ни одна машина из вертолетной эскадрильи, приписанной к штабу округа, не смогла именно в этот момент подняться в воздух. Не проблема, Андрей Лаврентьевич не очень-то и доверял этим шумным трескучим летающим кофемолкам. До планируемых мостов через Сан чуть больше сто двадцати километров. Правда, с учетом того, что пришлось объезжать "проплешины" от ядерных ударов американцев, все двести. И надо же такому случится, только-только саперы начали шевелится от пинков генерала армии, на поверку, все оказалось просто, планируемые к возведению понтонных мостов участки оказались в районах радиоактивного заражения. Капитальный мост вообще в итоге решили не восстанавливать, уж очень там фонило. А командиры саперов, вместо того, чтобы самим принять решение о переносе мест для мостов, грубо говоря, начали жевать сопли, дожидаясь кого-то свыше. Дождались. Сейчас командир 54 понтонно-мостового полка с сорванными погонами ждал суда военного трибунала, а Гетман, убедившись, что саперы работают, как наскипидаренные, внезапно получил радиограмму, что в штабе округа скоро начнется совещание всех командующих фронтами в Европе, причем с самим главнокомандующим ОВД во главе. Вот поэтому генерал Гетман и заставлял водителя гнать машину сломя голову, наплевав на охрану. Торопясь и понимая, что не успевает. Первым отстал ЗиЛ-157 со взводом охраны, еще до Яворова. Там же, в Яворове, генерал приказал обогнать головной БТР. Бронетранспортеры еще держались, но тоже постепенно сдавали, вынужденные сильно сбрасывать скорость на поворотах. И в Новояворовск ГАЗ-69 командующего округом влетел уже, считай, в полном одиночестве. А на восточной окраине городка одинокий военный автомобиль проводила пара недобрых глаз. И тут же вспыхнул сигнальный костер, хорошо видный в осеннем полусумраке.