И как-то само собой, почти незаметно, они оказались в объятиях друг друга. Страсть захватила их, с легкостью заставила отбросить все сомнения. Элизабет, упав на диван, жадно притянула к себе Джосайю, и тот, под сладострастные стоны обоих, в неистовом порыве овладел ею.
Джосайя был настолько ослеплен происшедшим, что не обнаруживал способности к оценке ситуации. Элизабет, напротив, была исполнена презрения и ненависти к себе. Второй раз она утрачивала контроль над собой, второму мужчине позволяла увлечь себя в постель, и ее начинало беспокоить, что она использует безумную тоску по Джонатану в качестве оправдания своему негодному поведению.
Она потрясла Джосайю тем, что сразу пошла на попятный и, более того, объявила, что самым мудрым решением будет с этой же минуты оборвать их отношения. Он был совершенно сбит с толку ее поведением, но за неимением выбора вынужден был исполнить ее требование.
От внимания Чарльза и Руфи не ускользнул холодок, появившийся в отношениях молодой пары, и, хотя причину этого явления они знать не могли, они согласно решили, что настал черед, по выражению Чарльза, разойтись им каждому своей дорогой.
Однако неприятностей избежать не удалось. На судне даже его капитану не удастся долго хранить в тайне обстоятельства своего существования. Так или иначе офицеры и команда прознали, что отношения капитана Даулинга и Элизабет были не вполне невинными, и это немедленно стало предметом сплетен, которые успешно перекочевали на берег, как только клипер достиг берегов Новой Англии.
Когда Элизабет увидела Джонатана, все иные мысли и соображения мигом улетучились из ее головы и потеряли былое значение. Да, он похудел, он имел усталый вид, он даже, возможно, чуть постарел, — но во всем остальном он был таким же, каким она помнила его всегда. Он, как и Чарльз, непрерывно работал. После завтрака с детьми он сразу уходил на работу и редко возвращался домой в обеденные часы. Джейд и Джулиан отправлялись спать, так и не дождавшись возвращения отца.
Ни отдыха, ни удовольствий он почти не позволял себе. Однажды за обедом он принялся с восторгом рассказывать, что под руководством Кая Джулиан и Джейд делают огромные успехи в овладении боевыми искусствами, однако тут же вынужден был со вздохом добавить, что он настолько занят в последнее время, что редко находит время понаблюдать за их тренировками.
Появление Чарльза в Нью-Лондоне вызвало необходимость в немедленных переговорах между обеими ветвями «Рейкхелл и Бойнтон», и на несколько дней Джонатан и вовсе исчез из дому. Но мисси Сара, казалось, делала все от нее зависящее, чтобы пресечь его попытки перегружать себя работой, и поэтому решила провести в воскресенье пикник, посчитав, что Джонатан не сможет от него отказаться и оторвется от письменного стола.
Хомер Эллисон, который заведовал судоходным штатом компании, всегда внимательно прислушивался, что говорят о его подчиненных, и поэтому вовсе не случайно дошли до него слухи о связи Элизабет с Джосайей Даулингом. И при первой возможности он отвел Чарльза в сторону и повторил все, что ему рассказали.
Чарльз поморщился и покачал головой.
— Мы с Руфью в течение всего плавания опасались этого, — сказал он. — Значит, наши опасения были верны…
— Но вы не думаете, что это настоящий роман? — спросил Хомер.
Чарльз покачал головой.
— Ни в коем случае, — сказал он. — Уверен, что это далеко не так.
— Ну, что ж, в таком случае, — заявил Хомер, — если вы не против, я сам займусь этим делом и решу его на свой манер. Вы же понимаете, что если Джонатан или его отец что-то учуют, от молодого Даулинга не останется мокрого места, несмотря на то что таких капитанов в наше время найти совсем непросто.
Чарльз кивнул.
— Делайте, что считаете нужным, — сказал он. — В последнее время Элизабет совершенно вышла из-под моего влияния.
Хомер не терял ни минуты, и вскоре молодой капитан предстал перед ним. Обмены любезностями не состоялось.
— До меня дошли очень досадные слухи о вас и Элизабет Бойнтон. Можно ли верить этим пересудам?