Книга четвертая
I
Джонатан стоял в отцовском кабинете и потягивал из тонкого фужера мягкое испанское вино. Отец и Хомер Эллисон приготовились его слушать.
— Я уже написал сегодня Чарльзу, — сказал он, — что наши финансовые проблемы вновь обострились. Несколько месяцев, благодаря президенту Полку, мы были фактическими монополистами в американо-китайской торговле. Однако и другим мореходным компаниям не терпелось сорвать жирный куш, а государственный департамент не мог отказать им в том, что они вправе требовать. Поэтому все наше былое преимущество растаяло в мгновение ока. Тем временем наше расширение идет полным ходом и съедает все до последней копеечки. Следующие одиннадцать или двенадцать месяцев дадут ответ на вопрос, выдержим ли мы этот темп.
И его отец, и его зять были уже знакомы с фактами, о которых шла речь, и встретили его слова кивками одобрения.
— Если нам удастся выдержать это расширение, — сказал он, — мы неминуемо превратимся в крупнейшую судостроительную компанию в мире. Когда мы приступим к производству пароходов и операциям с ними, нас ждет величайший успех и огромные прибыли. Если же мы дрогнем… но нет, мне не хочется об этом думать, потому что в моей голове просто не укладывается возможность поражения.
— И в моей тоже, — сказал Джеримайя, — но нам нужно смотреть фактам в глаза. Ни из нашей, ни из лондонской верфи нам уже больше ничего не выжать. Мы задействовали все наши возможности, работаем на полную мощь, но чудеса совершать пока не научились.
— Это известно и мне, — сказал Джонатан, — да и Чарльзу тоже. Поэтому мы и решили встретиться в Джакарте. Он туда прибудет прямиком из Англии. Сядем вместе и решим, что делать дальше. Вообще мы с ним большие мастера голыми руками жар загребать.
— Говоря по правде и трезво, все козыри сейчас против нас, — сказал Хомер, — но когда я вспоминаю, как Чарльз провернул свою великолепную затею с перцем, и как президент Полк пожаловал тебе исключительное право на торговлю с Китаем, — мне остается признать, что порой вам удается прыгнуть выше собственной головы.
— И делаем мы это лишь потому, что не имеем другого выхода, — чуть уныло проговорил Джонатан. — Мы же приперты к стенке. Мы бьемся за собственное будущее и будущее наших детей. Не знаю, Хомер, что за безумная идея на сей раз посетит наши головы, но что-нибудь придумать мы обязаны!
Суровая, безоглядная решимость звучала в его голосе. Это состояние не покидало его весь вечер, после того как они с отцом вернулись с верфи. Мисси Сара, которая до мельчайших подробностей изучила все его повадки, прекрасно понимала, что сейчас совсем не время давать ему повод для нового беспокойства, но откладывать свое сообщение на потом она уже не могла. Она молчала до тех пор, пока мужчины не покончили с супом, а потом заговорила так, словно бы случайно вспомнила о каком-то пустяке.
— Совсем забыла, — сказала она. — Я передала сегодня на клипер письмо для Элизабет Бойнтон.
Со своего места во главе стола муж бросил на нее взгляд. Лица обоих сохраняли совершенно бесстрастное выражение. Джонатан молча доедал суп.
— Мы, правда, еще толком не обсуждали с тобой просьбу Элизабет отправиться на Восток на борту «Лайцзе-лу». После того как мы получили ее письмо, мы все были заняты то одним, то другим, и так и не смогли поговорить.
Джонатан молча кивнул. Его, кажется, ничто пока не смущало.
— Так уж получилось, — невозмутимо продолжала мисси Сара, — что я написала ей сама и заверила, что ты с огромным удовольствием предоставишь ей каюту на корабле, и попросила ее приехать чуть пораньше, чтобы мы еще все вместе успели повидаться перед отплытием.
Джонатан, поднося ко рту последнюю ложку с супом, остановился и медленно опустил ее, аккуратно положив черенок на краешек тарелки.
— Я была совершенно уверена в том, что действительно выражаю твои истинные намерения и пожелания, — поспешно проговорила Сара. — Я полагала, что ты охотно устроишь ее на клипер.
Джонатан, поколебавшись, наконец медленно кивнул.
— Так или иначе, мне, естественно, невозможно отказать Элизабет.
Джеримайя еще раз бросил взгляд на жену.
— Думаю, очень удачно, что и Джулиан, и Джейд окажутся под присмотром, — сказал он. — Кай, конечно, незаменим, когда потчует их блюдами китайской кухни, рассказывает о китайской культуре и обучает их приемам из арсенала восточных единоборств, но, знаешь ли, как нянька он все же оставляет желать лучшего, — и Джеримайя от души расхохотался над собственной остротой.