И вдруг приступ неизведанной доселе ревности схватил его за горло, и он сам жадно вгляделся в свою спутницу. Она была прекрасна, и это было настолько невозможно не заметить, что он не мог себе объяснить, как на протяжении стольких лет умудрялся оставаться слепцом.
Так, шаг за шагом, совершалось их сближение. И когда последние остатки смущения растаяли в душе Элизабет, она позабыла все кокетство и приемы флирта. Она вела себя в его обществе просто и естественно, и это придало действию ее чар свежесть и убедительность. Притяжение, которое он чувствовал теперь ежедневно, постоянно нарастало.
Джонатан обнаруживал в Элизабет массу черт, заслуживающих восхищения. Например, ему очень пришлось по душе ее отношение к морю и солнцу. Ведь большинство дам и барышень как чумы боялись солнечного света и появлялись на палубах кораблей в шляпках с широкими краями и в шалях, полностью скрывавших их плечи, грудь и руки. Элизабет же, похоже, это отнюдь не беспокоило. Она охотно подставляла солнцу свое лицо и покрывалась загаром, который чудесным образом оттенял ее золотые волосы.
Казалось, не было на корабле такого занятия, которое не вызывало бы ее интереса. Однажды вечером, после того как Джулиан сдал вахту, они вместе удили рыбу. Вдруг леска у Джулиана резко натянулась и дернулась так сильно, что мальчик едва не выпустил удочку. Элизабет вовремя подоспела ему на помощь. Вместе они не спеша стали подтягивать леску. Наконец в море блеснул огромный плавник.
— О Боже! Джулиан, мне кажется, ты поймал акулу!
— Ты так думаешь? — у мальчика загорелись глаза.
— Это, скорее всего, детеныш акулы, но это не так важно.
— Мне, наверное, надо сбегать за Каем… или за папой.
Элизабет покачала головой.
— Не нужно, попробуем обойтись без них.
Джейд, которая во время всей сцены не сводила широко открытых глаз с Элизабет, после этих слов издала восторженный вопль. Следующие полчаса Элизабет яростно сражалась с рыбой, то немного ослабляя натяжение лески, то заставая молодую акулу врасплох внезапным рывком. Раз за разом она прибегала к этому ухищрению. Руки ее нестерпимо ныли, ломило спину, но она отказывалась признавать себя побежденной. Наконец стало ясно, что победа уже не за горами. Элизабет вцепилась руками в леску и начала из последних сил вытягивать рыбу на борт.
Хармони заливался бешеным лаем. Джейд исполняла неистовый танец. Джулиан же помогал Элизабет вытащить акулу на палубу. Еще немного, и огромная рыбина плюхнулась им под ноги. Элизабет с замиранием сердца разглядывала это кровожадное создание, которое, несмотря на свой небольшой рост — акула была не больше четырех футов в длину — уже обзавелось огромной пастью с полным набором острых, как бритва, зубов.
Внезапно голова акулы дернулась. В нее впился индонезийский нож. Один за другим вонзались ножи в тело хищника, пока наконец акула не затихла. Подходя к участникам сцены, Джонатан не знал, рассердиться ему или расхохотаться.
— Не могу поверить, что ты сама вытащила из воды это страшилище, — воскликнул он, высвобождая ножи и вытирая их о сапог.
— Мне помогал Джулиан, — робко сказала Элизабет. Ее гордость успехом не могла пересилить чувства неловкости.
— Очевидно, никто из вас не знает, что живая акула очень опасна. — Он окинул их сердитым взглядом. — Если бы кто-то из вас оказался к ней чуть ближе, вы бы запросто могли остаться без руки или ноги.
Джулиан так и застыл с открытым ртом.
— Пожалуйста, прости меня, — жалобно проговорила Элизабет. — Честное слово, я не знала этого, иначе я бы сказала детям отойти в сторону.
— И сама бы, надеюсь, отошла тоже, — улыбнулся Джонатан. — Ну да ладно, все хорошо, что хорошо кончается. По правде сказать, я внимательно следил, как ты сражаешься с этой убийцей, и был не меньше твоего горд, когда ты наконец ее сюда вытащила. Когда пришла необходимость, я решил вмешаться.
— Я очень благодарна тебе, — чуть натянуто сказала Элизабет.
На глаза Джейд навернулись слезинки.