Солнце стоит в зените, в пустыне появляются миражи, и я, уставший и обливающийся потом, прячусь на несколько минут в тень разрушенного зиккурата. Меня подбадривает мысль о моих трофеях: два кирпичных обломка с клинописью, кусочки стеклянных браслетов и три медных кружочка.
Через два часа после отъезда из Борсиппы подъезжаю к городу Дивания. Это — центр второй по площади и третьей по численности населения провинции Ирака. Здесь распахано около трети пригодной к обработке земли. В открытых павильонах продаются тракторы, плуги, насосы и трубы; в небольших мастерских, где стоят токарные станки с ременными приводами, судя по броским объявлениям, ремонтируют сельскохозяйственные орудия и изготовляют коленчатые валы. В восточном пригороде Дивании построена государственная прокатная станция сельскохозяйственного оборудования.
Город делится на две части одним из рукавов Евфрата — Шатт-эд-Дивания, через который перекинуты ажурный мост и понтонная переправа. На правом берегу, рядом с резиденцией губернатора — квадратным зданием с высокими окнами — находится один из двух городских кинотеатров. Я видел как служащие кинотеатра носили по городу большие щиты, оклеенные рекламными плакатами, зазывали прохожих и тут же продавали билеты. На другом берегу реки расположено здание городской библиотеки, построенной в 1961 году. При ней находится небольшой кинотеатр, где демонстрируются научно-популярные фильмы.
В городе есть спортивный клуб, клуб государственных служащих с кинозалом и теннисными кортами и клуб офицеров иракской армии. В двух учительских колледжах готовят учителей для начальных школ. Рядом с линией железной дороги, идущей на Басру, в 1961 году построена красивая гостиница Управления туризма.
После продолжительной прогулки по городу решаю передохнуть в местном кафе. В одном из них я заказываю стакан чаю и принимаюсь рассматривать посетителей.
Напротив меня в распахнутой коричневой накидке, отделанной по краям золотистым кантом, сидит высокий араб. Под ней надета темно-серая длинная дишдаша с глубокими разрезами по бокам, через которые видны белые длинные штаны — ”либас”. На голове у него большой серый в крапинку платок, придерживаемый лихо сдвинутыми набекрень двумя черными жгутами. Тяжелые зимние ботинки моего соседа измазаны липкой глиной. Видно, ему пришлось немало побродить по окрестностям, прежде чем попасть на асфальтированную центральную улицу города. Черные усики придают незнакомцу несколько надменный вид. Ему приносят маленький стакан чая. С минуту он неподвижно сидит, затем берет двумя пальцами стакан и шумно отхлебывает несколько глотков. На его носу и подбородке — голубые точки татуировки. Эти точки наносятся в детстве. В народной медицине татуировка считается не только украшением, но и одним из действенных средств лечения. Ушибленное место обычно натирают сажей и покалывают иглой. Если заболел глаз, те же действия проделывают на виске.
Днем в забегаловке немного посетителей. Один из них — с толстым мясистым носом и живыми карими глазами — олицетворяет собой связь между населением древней Месопотамии и современного Ирака. Одет он так же, как и первый, только поверх дишдаши накинут пиджак. Его отличает от первого, кроме ярко выраженных черт арменоидного типа, пожалуй, еще и то, что он не так гордо держится и не так манерно отхлебывает из стаканчика душистый сладкий чай.
В 34 километрах от Дивании, близ небольшого города Афак, находятся развалины религиозного центра древнего Шумера — города-государства Ниппур. Здесь более 20 лет работали американские археологи. Полевые работы, к которым привлекались местные крестьяне и специалисты по раскопкам из Мосула, проводились только в зимний сезон. Все найденные памятники подвергались камеральной обработке, описывались, а сведения о них публиковались в научных археологических журналах.
Я попал к развалинам Ниппура в неудачное время. Раскопки не велись, а единственный американский археолог уехал в Ур. Моим гидом стал местный сторож. Мы облазили с ним все холмы когда-то огромного города. Дома и стены его сложены из крупного сырцового кирпича. Ниппур, так же как и лежавшие к юго-востоку от него вдоль Шатт-эд-Даггара (другой рукав Евфрата) древние города Аббад, Киссора и Телль-Урка, возник за четыре тысячи лет до нашей эры.