Поначалу, когда эта стерва Кудашова назначила встречу на пляже для отдыха, Ангелина обрадовалась. Ей совершенно не нравились незаконченные дела, и она хотела сделать все и сразу, а еще как можно быстрее. Пара дней, может неделя… Влюбить и привязать к себе недалекого юношу из глухой провинции — что может быть проще?
Сейчас же надежда разобраться с задачей быстро и сходу практически умерла. Новицкий не одержимый, но своей холодностью он мало отличается от той же Кудашовой. Два сапога пара, одинаково холодно-омерзительны.
Когда отец пару дней назад разговаривал с ней, Ангелина в тот момент словно вживую слышала, как скрипят ржавые петли ворот клетки, в которую ее загнала необходимость для клана. Но теплилась надежда, что год — это слишком, что справиться можно будет за гораздо более короткий срок. И успеть на бал.
Сейчас эти иллюзии безжалостно рушились, разваливаясь как карточный домик.
Впрочем, избегая тяжелого отчаяния, Ангелина сейчас попыталась искать в ситуации плюсы. Пусть Новицкий ледяной болван, но без соперниц, блистающих в огнях столичного блеска, задача обольстить его до беспамятства будет проще. Присутствующих в команде девушек Ангелина как помеху даже не рассматривала. Вопрос выполнения задания отца теперь — она это уже понимала, только в Новицком.
Получится его пробудить от сонного состояния и все, дело в шляпе.
Ну а кто ей соперник? Бертезен? Кровавый ужас, на нее страшно смотреть что при свете дня, что в полумраке. Только если в полной темноте — хмыкнула про себя Ангелина. Гарсия? Бразильянка внешне конечно интересна. Более того, Ангелина уже не раз замечала, как она откровенно и обещающе смотрит на Новицкого, явно испытывая к нему интерес. Который он показательно не замечал.
Гарсия горячая штучка, но она одноразовая — провести ночь и утром попрощаться. Тем более что в поведении бразильянки открыто кричат деревенские манеры. Ей хотя бы пару лет провести в приличном пансионе с хорошими учителями, может быть научится держать себя, не вызывая у окружающих снисходительной улыбки.
Стерву Кудашову, эту темную змею, Ангелина как соперницу не рассматривала даже теоретически. Одержимая высокого ранга мужское внимание априори привлекать не может. Присутствие темных девушек рядом максимально схоже с купанием зимой в ледяной воде — все сразу съеживается и падает, как она подслушала однажды в разговоре братьев. Которые в узком кругу общения семьи часто другими, более утонченными шутками намекали на непривлекательность возможных связей с владеющими темными искусствами дамами.
«Господа, а пробовал ли кто-нибудь из вас обниматься с анакондой?»
Ангелина, прикрыв глаза от раздавшегося рядом громкого визга Наоми, вздохнула. Как не ищи плюсы, все было плохо. Очень плохо. Оттого, что у нее нет соперниц, ситуация лучше не становилась. Ладно, получится у нее привязать к себе Новицкого. Если он, конечно, не погибнет от свалившегося на него дара. Но дальше? Лепить из него мужчину?
То, как он показал себя истеричкой и паникером — во время поездки в ресторан в Нагасаки, Ангелину серьезно расстроило. На фоне ее братьев и ухажеров смотрелся он… жалко. И ладно бы понимал свою никчемность, так еще и смотрит на нее отстраненно и холодно, едва ли не с превосходством.
Это раздражало, и именно поэтому Ангелина сейчас показывала все, на что способна в мирном аспекте владения водной стихией. Словно бы крича без слов, что смотреть на нее стоит не только оценивая внешность, но и способности, ее потенциал. Который может и не меньше, чем у него. Причем она ведь для его развития работает с момента, как себя помнит, а ему дар просто с неба свалился!
О том, что дар является проклятьем, Ангелина сейчас даже не думала. Сдобренный отчаянием и раздражением очередной выплеск энергии сейчас был так силен, что из-под ее рук вышли два по-настоящему мощных водяных конструкта. Созданных, кстати, синхронным параллельным плетением — что не прошло незамеченным мимо бразильцев, которые вдвоем восхищенными криками оценили ее действия.
Радостно завизжала и Наоми. Изначально предубеждение к которой постепенно уходило: несмотря на ужасные манеры, она оказалась легким в общении подростком. Наоми была искренней, в ее взгляде не чувствовалось ни двойного дна, ни спрятанных эмоций. Чистая девочка — она не то чтобы уже нравилась Ангелине, но как минимум не вызывала неприязни. Не то что ее проклятый брат. И не то, что эта мерзкая черная змея — к княгине Кудашовой у Ангелины возникла уже стойкая неприязнь, гораздо большая чем к этому…
Девушка вздохнула. Потеряв опору под ногами и нырнув, скрывшись с головой под водой, она зажмурилась.
Дно. Болото. Трясина — и ведь она пришла сюда сама, своей волей. Добровольно дала согласие запереть себя в клетке с этим беловолосым псом-цербером ради интересов клана. В клетке, потому что рядом с этим проклятым не стоит даже надеяться на возможность выходов в высший свет. Именно сейчас, когда Ангелина оказалась под водой, надежда попасть через месяц на свой первый летний бал в Царском селе у нее умерла бесповоротно.
«Улыбайся, других это раздражает», — сказала себе девушка, выныривая на поверхность. И задорно засмеялась вместе с Наоми, которая радовалась происходящему как маленький ребенок.
Улучив момент, Ангелина коротко обернулась и отметила, что Новицкий — который уже беседовал в баре с Кудашовой, внимательно за ней наблюдает.
Снова усилием воли пришлось сдерживать эмоции. Она в этом болоте, пока он не погибнет от своего дара — вероятность чего крайне велика, как сказал отец. А если он не погибнет, она в таком болоте навсегда — Ангелина даже плечами передернула, когда представила, как появится на своем первом взрослом балу с кавалером в наморднике, когда ему разрешат появляться на людях. Эти мысли вызвали новую волну отчаяния, спрятанную за смехом и милой улыбкой.
Внутреннее состоянии Ангелины уже второй день было настолько тяжело, что она никак не могла восстановить ментальный щит. Понятно, что эмпатов в собранной Кудашовой группе инвалидов, как Ангелина называла их всех про себя, нет. Но девушка с ее способностями и мерой ответственности ментальный щит должна носить постоянно вне зависимости от обстоятельств, как твердили ей клановые наставники.
Должна, но вот не получалось.
В первый день, когда после прибытия в особняк Новицких в Нагасаки щит развалился, едва не впавшая в пучины отчаяния Ангелина лишь через несколько часов вернула себе необходимую ясность и концентрацию. Как ни странно, помогло этому странное происшествие с божественным вмешательством. Ангелина вспомнила чувство стыда, когда по узким улочкам она вместе с остальными бежала следом за Новицким к святилищу. Склонный к панике, недалекий… но хотя бы не совсем туп, в чем Ангелина убедилась, когда он вполне здраво и связно рассказывал о случившемся божественном вмешательстве с видением развилки будущего.
Тогда информация о том, что ее во время убийства в зале ресторана не было, Ангелину окатила как ледяной водой. Отрезвила. Вины за собой она не чувствовала, поэтому встряхнулась, отбросила лишние переживания и восстановила ментальный щит, от потрясения быстро и полностью придя в себя.
Вернув самообладание и концентрацию, отодвинув на задний план горечь от поворота судьбы, Ангелина тогда сделала паузу, выжидая. Она понимала, что могла дать слово владеющего и там, в Нагасаки, но решила подождать. Посмотреть реакцию остальных. Реакцию посмотрела, оказалась довольна — и тем, как сама себя вела в таких обстоятельствах, и тем, как вели себя остальные. Инвалиды, как мысленно окрестила их Ангелина, но все же не варвары.
Как раз в этот момент рядом с ней возник да Сильва, что-то громко крича и сверкая белозубой улыбкой. «Не все варвары», — хмыкнула Ангелина. Не обращая внимания на веселящегося бразильца, который перешел на родной португальский, Ангелина обернулась в сторону берега, снова ища взглядом Новицкого.
Он определенно не очень умный, но все же не дурак. Ей только надо направить его мысль в нужную сторону. Найти возможность показать и рассказать, что без поддержки клана Новиковых его ждет очень тяжелое будущее. А там глядишь, и замуж за него выходить не придется — с такими мыслями Ангелина вновь пыталась вернуть себе ясность концентрации и восстановить ментальный щит.