— Сделаю, вождь!
— А выдержишь? Не свалишься без сил как в тот раз, когда дюжину рыцарей смерти гоняли?
— В тот раз с ними лич ещё был, и он на нас проклятье слабости раз за разом вешал, пока его черепушку вдребезги не разбило. А тут ждать я буду в тишине и спокойствии, и всё решится до драки.
— Не доверяешь летучим кораблям, Рей?
— А кто ж в здравом уме им доверится? Надо всегда обеими ногами твердо стоять на земле. В крайнем случае договориться с духами воды, чтоб на себе несли, и то чтоб к берегу…
Я снова в орочьем замке. Не для мужских забав, а по делу. Тревожные вести принес ветер с восточных берегов. Сначала галеры и шхуны, затем рыбацкие лодки и наконец чуть ли не наспех сколоченные плоты третьи сутки везли толпы беженцев из-за моря. Насмерть перепуганных беженцев. Беда пришла издалека, но договориться на этот раз можно и не пытаться: объединенное войско некроманта и демона. Ад и смерть сплелись воедино, выступая под знаменами Тьмы.
Им не нужны подданные, одному хватит мяса и рабов, а второго устроят и их трупы. Много трупов. Эдакий мрачный тандем, извращенный симбиоз, убивающий всё живое на своём пути.
Замок Шестилапого Рея был даже ближе к угрозе, наступающей с северо-востока, но первые беженцы были неплохо подготовлены, хорошо вооружены, и отбились от гоблинских банд фуражиров, часть вторых попала в котёл, дав понять остальным, что здесь им не рады, и в результате вся волна взяла южнее, осторожно обогнув орочье побережье, и направившись прямиком в мои владения.
Зеленокожие воины предприняли разведку боем, на боевой галере проплыв два дня навстречу новому врагу, но встретившись с передовыми отрядами, еле унесли ноги. И если бы не шаман, уговоривший духов воды и ветра поработать вместе, дав подводное дыхание уцелевшим бойцам, то их гниющие останки пополнили бы армию нежити. Галера же, попав под концентрированное облака праха, выпущенное составившими круг командующими вражеским судном личами, сгнила за считанные минуты, и лишь тот факт что вёсла сгнили еще быстрее, заставив зеленошкурых чесать репу чуть раньше чем корабль развалился на части и начал ко дну, позволил им вовремя унести ноги.
Я глотнул еще особого, лучшего пива, которое доверяли варить только самому старому и умелому шаману и задумался о деталях. Ведь орки никогда не уносят ноги, и даже не предпринимают тактического отступления, они уходят чтобы вернуться. Вот и тогда они бы вломили этим костлявым, но важнее было вернуться.
В смысле донести важные сведения разведки до главаря, как они потом рассказывали, стуча себя пяткой в грудь. Ведь орки никогда не отступают, орки идут только вперед, и это так, ведь орки — храбрейший народ.
А если им надо обратно то орки разворачиваются, и — вперед. Вот они и развернулись. Со всех своих быстрых ног. Ведь орки- быстроногий народ.
Так или иначе, у зеленошкурых нарисовалась нешуточная проблема: враг, которого нельзя отправить в котёл. Враг которого убить не почётно- ведь он уже умер. А к умершим орки всегда относились с почтением. Особенно к воинам. Съедят — и помянут добрым словом. И не менее доброй отрыжкой.
Я допил пиво и выдал самую добрую отрыжку на которую был способен. Ведь чем сильнее у тебя отрыжка — тем с большим аппетитом ты ел, а значит тем больший комплимент повару и уважение еде. Так думают орки, и так они чтят погибших. Ведь это благородно, а орки — благородный народ.
Не то что эльфы, подло бьющие стрелами из кустов в спину, ведь орки всегда встречают врага грудью… Тьфу! Всего второй день я в этом орочьем логове а уже говорю как орк и даже думаю как орк. А надо думать не как орк а как… как… мои мысли покрутились немного на месте и выдали ослепительно прекрасный и логичный ответ: как сильный орк, вот! А сильный орк не только пойдет грудью на врага, но и позовет своих друзей на хорошую драку. У сильного орка всегда друзей много-много.
— Эй! Готовьте пузы-ик-рь! Летим к Вамп-ик! — рше!
Ведь что может быть лучше для орка чем добрая драка? — мои мысли продолжали течь своим чередом. — Разве что добрая еда. Много еды. И бабы. Много баб. Но драка всё же лучше. Потому что еда и бабы есть. А драки нет. И пива нет. — «паззл» сложился.
— Пива мне! Особого, Шаманского! Фигли ты пасёшь, рожа клыкастая? — вперил я взгляд в тёмно-зеленого, в шрамах, сотника. Во я задвинул! Я прям сегодня Цицерон. И цапнув кружку с подноса опрокинул её в себя залпом.
— И драку мне! ведь это единственное чего сейчас нет, а ведь мы выяснили, что это самое лучшее для орка! — вроде бы вслух подумал я, и двинул кружкой в ближайшее зеленое рыло…