Отожравшаяся Гидра сменила окраску на более тёмную[1], а заодно и название. Теперь она не Королевская гидра, а Королева Гидр. И глубоко в болоте видна её кладка. Ну как сказать видна — спрятана на совесть, и заметить её получилось только с помощью заклинания «Обнаружить жизнь». Так что скоро у нас появятся маленькие гидрята, добавив перца гостям региона.
По итогам последней недели Рисса получила мастера магии хаоса, и теперь можно попробовать вызвать у монстра еще пару-тройку мутаций. С большим трудом, со всей мощью конклава, растратив почти весь запас маны из-за того что на монстре класса рейд-босс заклинания срабатывают всё хуже и хуже, удалось сделать её зубы ядовитыми, и финальную точку поставила какая — то мутация, проявляющаяся в виде тёмной дымки, окутывающей шкуру в местах ударов. Эта пакость случайным образом дестабилизировала и впитывала заклинания, ещё больше препятствуя наложению чар.
Единственное что мы ещё не опробовали — это ритуал посвящения Хаосу, создающий постоянный канал подпитки силами с нижних планов. Обычно он накладывается на одно существо быстро, заклинанием, но тут случай особый, тварь враждебна и не согласна, и учитывая её размеры, с её мнением приходится считаться. Поэтому на еще сухом участке суши, на краю болота Рисса готовит масштабную версию ритуала, увеличенную в несколько раз. Если верить описанию, то это предназначено для посвящения хаосу многочисленных отрядов, когда накладывать каналы на каждого слишком долго. Но мало ли кто там что считает… вон порох в Китае тоже для развлечения изобрели, и колючую проволоку в Техасе, чтоб коровы не разбредались, а уж динамит и вовсе исключительно для прокладки туннелей сквозь горы.
В центре, в качестве угощения — четыре коровы, купленные у крестьян. Гидра ожидаемо гонится за приманкой, неохотно выползает на сушу, но завидев парнокопытное угощение послушно идёт в самый центр ловушки, активируя финальную стадию ритуала. Вихрем взвивается столб адского пламени, в котором местами виднеются языки непроглядной тьмы, и я даже переживаю за зверушку, но всё быстро заканчивается, пламя воронкой втягивается в небо, и на земле остаётся наша гидра… в круге фиолетовой травы. На первый взгляд ничего не изменилось, только последняя недоеденная корова покрылась чешуёй. Раз — и крупная голова заглатывает сразу половину коровьей туши. Два — зубы смыкаются и ноги жертвы перестают дёргаться. Три — челюсти по-змеиному широко расходятся и корова проваливается в растянувшуюся шею, комком, как у удава, двигаясь к ненасытной утробе. Четыре — ноги гидры обвивают невесть откуда взявшиеся фиолетовые лозы. Пять — испуганная гидра дышит на них огнем, и освободившись от опавших пеплом растений, резво ныряет в болото.
Ну, решаю я для себя, огненное дыхание адским пламенем — тоже хорошо. Если бы в результате ритуала гидра обзавелась парой кожистых крыльев и научилась летать — вот была бы потеха! А заодно стихийное бедствие на много миль вокруг. А вот адская травка — это приятный сюрприз. Надо бы только озаботиться защитой моих владений от её поползновений в прямом смысле этого слова.
А для этого нужен охранный круг, не пускающий порождения зла, то есть чары четвертого ранга, которых у меня нет. Или позвать святошу, а лучше инквизитора, которых впрочем тоже нет. Наверное придётся рассылать приглашения через гильдию наёмников и вездесущую агентуру питейных заведений, если не найду никого. Эврика!
— Зиритаил! Взываю к тебе…
*** Где-то на другом краю Земель, в замке игрока.
По высоким анфиладам дворца раздавалось тихое цоканье когтей по до блеска отшлифованному камню. Алые ковровые дорожки скрадывали звуки шагов, но против пробивающих их на каждом шаге острых когтей были бессильны. С разноцветных витражей сурово смотрели лики святых и великих воинов прошлого. Высокие готичные арки множили и далеко разносили звуки посетителя, и, казалось, осуждали само присутствие неблагочестивого существа в цитадели.
Игрок — ящеролюд с ником Сёма-ящер вошел в главный зал, подойдя к окну выглянул во двор, и там же сел прямо на свой хвост. Его тело сразу принялось мимикрировать, настолько слившись со стеной, что буквально растворился в воздухе. Казалось прямо из стены неспешно полилась речь разведчика: