Я почувствовал, что воспоминание уже совсем рядом – и сейчас узнаю несомненно важную для меня вещь. Вдруг звучно щелкнул замок, порывисто открылась высокая дверь и в коридор порхнула Анастасия. Облачена девушка была в обтягивающий спортивный комбинезон серо-голубого цвета, волосы стянуты в тугой хвост. Также, как и я, собралась на тренировку. В тот момент, когда княжна легко выпорхнула из комнаты, у меня напрочь упорхнула догадка, которая была уже совсем близко, казалось только забери.
Анастасия, заметив меня, посмотрела с тщательно скрываемой улыбкой. Причем это была не насмешка, а нечто более благожелательное, теплое – если конечно так можно охарактеризовать эмоции оперирующей водой и холодом одаренной. Но практически сразу я почувствовал воздвигнутый полыхнувший неприязнью барьер, а Анастасия взглянула на меня как на пустое место. Это как? – удивился было я. Но тут же понял – в тот самый момент, когда она появилась, я потерял мысль и на краткий миг разозлился от этого, а девушка приняла мое раздражение на свой счет.
Развернувшись, княжна направилась к выходу.
- А… настасия! – не нашел я ничего лучше, как окликнуть ее.
Резко развернувшись, девушка посмотрела сквозь меня безразличным взглядом, в котором сквозило показательное недовольство.
Черт, что сказать-то?
- Прошу не принимать мои негативные эмоции на свой счет, - примирительным жестом поднял я руки.
- Меня должны волновать твои эмоции на мой счет? – холодно поинтересовалась княжна. Мне только оставалось руки развести в жесте «ну-да, ну-да, пошел я нахер».
А меня вот должны волновать ее эмоции – потому что, как ни крути, ситуация сложилась такая, что мы с ней пока в одной лодке. Даже без учета того, что связаны деловыми отношениями. Если княжна будет ходить рассерженной или обиженной, это совсем не критично в плане моих переживаний – на ее мнение мне в общем-то абсолютно наплевать. Вот только ее раздражение и обида может негативно отразиться на моих отношениях именно с родом Юсуповых-Штейнберг, так что хочешь не хочешь нужно быть дипломатом – за краткий миг обдумал я, невольно осматривая замершую княжну взглядом. А ведь красивая, взгляд не оторвать.
Еще раз показательно разведя руки в примиряющем жесте, я только вздохнул устало. После этого Анастасия вдруг откровенно разозлилась. Возникло даже ощущение, что сейчас ножкой в сердцах топнет. Причем сразу максимально закрывшись от меня, княжна на краткий миг отвернулась, но я успел заметить румянец на ее щеках.
О причине раздражения догадался сразу. Внутренний раздрай возник у Анастасии из-за того, что она явно слукавила. Ментатом быть не требуется, чтобы догадаться – достаточно лишь немного жизненного опыта: слова княжны, что мои эмоции ее не волнуют не соответствуют действительности и она просто не хочет, чтобы я это почувствовал.
Когда я легко и покровительственно (с высоты реального возраста) улыбнулся, Анастасия еще больше разозлилась и еще больше покраснела. А, ну да, она то от меня закрылась, а я от нее нет. И то, что даже без попытки чтения эмоций я понял причину волнения княжны ее серьезно смутило и расстроило.
К счастью, я уже не в том возрасте, чтобы лишний раз теряться в неудобных положениях, поэтому не обращая лишнего внимания на эмоции девушки направился к выходу. Еще и как ни в чем ни бывало сделал приглашающий жест, пропуская даму вперед. Только когда вышли из зала, я понял, что находились мы почти рядом с настоящим, не выставочным рабочим кабинетом княгини.
Миновав приемную кабинета Анны Николаевны, зашагали в сторону парадной лестницы. Шли рядом, почти плечу к плечу.
- Послушай, а как я вообще здесь оказался? – поинтересовался ровным голосом, словно ничего только что не случилось.
- Тебе не сказали? - коротко глянула на меня Анастасия и едва усмехнулась: - Мы совещались с фон Колером, а в какой-то момент ты на полуслове просто закрыл глаза и сполз по креслу.
- Заснул, что ли? – не сразу понял я.
- Заснул, что ли, - просто ответила Анастасия.
- Отлично, - фыркнул я.
Да, было дело, в прошлом засыпал на совещаниях. Больше от скуки, конечно, но пару раз отрубался от переутомления. Но это было давно, а сейчас такой вот подставы от доставшегося в пользование юного тела не ожидал.
Пока расстраивался произошедшим, мы уже вышли на улицу. Анастасия сразу ускорилась и спустилась с крыльца, едва касаясь ступенек. Не оборачиваясь, она побежала по дорожке направо, к пруду. Я бегал обычно в другой стороне парка. Понятно теперь, почему утром мы всего один раз на пробежке встречались. Если, конечно, в то памятное утро, когда мы с княжной разговаривали прямо на реке под ледяным куполом, она не вышла на пробежку специально подлавливая меня для беседы.