И это все значит, что Войцеха Ковальского, моего опекуна, убил князь Андрей Юсупов. Еще один наследный долг из прошлой жизни. Степан, теперь вот князь Андрей. С ним и вовсе словно сама судьба сводит… Хотя так, стоп. Фамилия у этой отдельно взятой судьбы или Безбородко, или Демидов – которые отправили меня именно сюда, в Елисаветград, окруженный землями кланов Юсуповых и Разумовских. По уму, я ведь мог обучаться в гимназии в любой точке России, без этого фокуса напряжения.
- Что-то не так? – поинтересовалась княжна, видя мое задумчивое состояние.
- Не имеющие отношения к нашему делу частности мелочей бытия, как нюансы твоей попытки внедрения в близкий круг князя Андрея, - отсек я сразу все возможные вопросы. – Ты мне скажи вот что: если это не первый твой пассаж в крыло имения, предназначенное для слуг, то… Анна Николаевна об этом знала?
- Нет, - покачала головой Анастасия. – Я поняла, о чем ты. После того, как первый раз пришла домой… в не очень ровном состоянии, я ждала разбора полетов от мама́. Но ничего не последовало, поэтому я пользовалась подобным способом еще пару раз. Сначала у меня была мысль, что слуги просто не докладывали никому, потому что боялись меня.
- Боялись тебя, - повторил я, желая уточнить не очень понятный момент.
- Я будущая глава рода, - произнесла Анастасия, после чего решила уточнить: - У нас в Конфедерации жизнь не такая, как в протекторате, здесь не принято часто менять работу. И если подумать, зачем мне слуги, которые на меня доносили? Я так считала все это время, но за последние дни глубже вникла в вопрос. Должность слуги в роду одаренных – престижна и почетна, передается по наследству. И если оставить подобное знание в себе, последствия могут быть хуже, так что главе службы безопасности наверняка докладывали.
- Это «Роман Игоревич З.»? – спросил я, быстро вспомнив имя адресата в почтовой рассылке княжны.
- Роман Игоревич Зайцев, - подтвердила княжна
- И он, значит, тоже опасался за свою карьеру, не передавая информацию княгине?
- Кто-кто, а он за свою карьеру точно может не опасаться. Вот только Анне Николаевне обо мне и моих… ночных походах информацию он не передавал. Почему, я не знаю, - удивила меня Анастасия.
- Камеры в поместье есть?
- Только по периметру, - уже Анастасия удивилась моему вопросу.
Ну да, чего это я. Если даже в Высоком Граде элитные кварталы являются частной зоной, свободной от всевидящего ока, то в поместье аристократов ожидать тотального наблюдения глупо. Неприкосновенность частной жизни.
- Получается, господин Зайцев все же опасается за свою карьеру? – задал я дежурный вопрос.
- Получается, что Роману Игоревичу нельзя доверять. Мне об этом прямо намекнула Анна Николаевна в наше разговоре.
- Но он ведь, видя безобидность твоих действий, мог действительно…
- Роман Игоревич Зайцев – сослуживец и доверенное лицо князя Григория Разумовского, первого из клана Разумовских, деда Анны Николаевны. Зайцев связан с нашим родом клятвой верности.
- Клятвой на крови?
- Нет, кровь — это прерогатива только для одаренных.
- Ты сказала первого из Разумовских, - уточнил я несостыковку. – Но ведь Разумовские это древний княжеский род, - озвучил я смутные воспоминания из истории еще своего мира.
- Разумовские, о которых ты говоришь – это русский графский род, угасший. Клан Разумовских - это новая знать.
По моему взгляду Анастасия поняла, что понятие «новая знать» мне незнакомо.
- Считается, что даром могут обладать только аристо. Но это не так, - легко усмехнулась Анастасия, - и новая знать это неофициальное определение для тех, кто в обмен на свой дар получал титулы. Практически все национальные кланы – это новая знать, браками разбавленная старой аристократией имперских родов.
- Юсуповы-Штейнберг?
- Я сказала практически все кланы, - снова усмехнулась Анастасия. – Также, как и имперские рода – это старая аристократия, браками разбавленная новой знатью. За редкими исключениями, такими как наш род.
Вдруг над головой что-то звонко и громко треснуло, словно струна лопнула. Оглядевшись, я увидел, что по стене купола поползла тонкая трещина. Пока тонкая. Ну да, на улице лето все же, тает лед. Да и поверхность под ногами начинала понемногу плавать – видимо, ввихрившийся в реку ледяной смерч, вцепившийся якорем в дно, начинал истончаться, подтаивая и слабея.
- К делу, - протянула мне левую руку Анастасия.
Взглядом показав удивление, я ответил на рукопожатие. - Клятва крови, - произнесла Анастасия. – Ты готов?