- Будучи изгнанным из клана, зачисленный в учебное заведение одаренный может продолжить обучение вплоть до самого выпуска, это право даровано владетелям уложением Стихийного пакта. После этого у изгнанника будет выбор – попытаться войти в чей-то род или клан, либо попробовать поступить на императорскую службу в гвардию, либо заглушить свой источник.
- Ты так сказала, попытаться… Это непросто?
- Безотносительно нашего гостя если, то непросто, но выполнимо. Если говорить конкретно о господине Аверьянове, то ему это будет более чем непросто, - Анастасия говорила неторопливо, смакуя слова. Видимо, ей не то что понравился, а и вовсе привел в тихий восторг мой предложенный прием обсуждения собеседника в стиле будто его здесь нет.
- Несомненно, господин Аверьянов будет вынужден перейти на другой уровень жизни, - продолжала княжна. - Непривычно низкий уровень, кроме этого ему будет непросто с однокурсниками. Учитывая же обстоятельства его изгнания из клана – что произошло вследствие его непроходимой глупости, из реальных перспектив у него лишь элиминирование своего источника, либо совсем уж незавидное положение шакала-подпевалы в сильном клане, если его кто-то все же решиться подобрать. Впрочем, подобным господин Аверьянов и занимался совсем недавно, думаю ему не привыкать.
Анастасия, закончив фразу, мило мне улыбнулась. Но явно напряглась – потому что копящуюся агрессию белесого визитера мог почувствовать даже тот, кто в отличие от меня ментальными способностями не обладает.
- И самое главное, - вбила последний гвоздь Анастасия. - Если господин Аверьянов сегодня уйдет из усадьбы без своего перстня, то его репутация, и так находящаяся на уровне брусчатки привокзальной площади, будет уничтожена совсем.
Кивком поблагодарив княжну, я задумался. Пока она говорила, наслаждаясь моментом изощренной насмешки над промахнувшимся пересмешником, меня вдруг озарила невероятная на первый взгляд идея. Показавшаяся сначала забавным вывертом сознания, утомленного недосыпом и ночным марш-броском. Но по мере размышлений я понемногу строил весьма интересную конструкцию. И пусть похожа она на виртуальный карточный домик, но в случае успеха я могу сорвать очень и очень неплохой куш, решив сразу несколько зудящих на втором плане вопросов, которые обязательно необходимо закрыть.
Вещества на хранении у Мустафы, необходимость выполнить обещания Халиду – по поводу заказавшего его брата Уэлча, судьба Анжелы Шиманской, которую молодой сириец должен «убить», если еще не «убил», недавний визит в протекторат, в ходе которого Мюллер продал меня аравийцам…
- Антон, - произнес я, и замолчал.
Повисла тяжелая пауза. Аверьянов так и продолжал стоять, терпеливо ожидая, а я думал.
- У меня есть старый друг, - наконец окончательно сформулировал я первый шаг. - Он работает в ФСБ, и сейчас не очень успешно делает вид, что исполняет обязанности якобы моего ординарца. И этот мой друг, работающий в ФСБ, вынужден срочно по приказу сверху покинуть Елисаветград. Вот только здесь у него остается незавершенный business.
- Business, - поправила меня Анастасия, произнеся слово на французский манер, с ударением на последний слог.
- Business, - согласился я с ней, исправившись.
Я сознательно использовал это слово, произнеся его на английском. Не знаю, как здесь, но в моем мире на русском оно тождественно деятельности, направленной на получение прибыли. В английском же это более широкое понятие, которое означает вполне обычные дела, не только предпринимательство.
Вот и у Мустафы остаются вполне обычные дела – просто лежат где-то вещества на три виселицы и два пожизненных, и с ними надо решить вопрос. С этим Аверьянов моему старому другу и поможет.
Чувствуя, как по виску стекает капелька пота, я раз за разом прокручивал появившийся вариант решения. Понимая при этом, что сейчас готовлюсь ступить на очень тонкий лед, и необходимо обращать внимания на любые мелочи, вплоть до определений. Аккуратней надо быть, а то вдруг и слепок души может не спасти. Но мне по-другому никак – спасибо Андре, подсказал, хоть и сам того не ведая – если буду готовиться к тому, чтобы отражать удары лицом, хорошего ждать не стоит.
- Так вот, Антон, - снова заговорил я после очередной тягучей паузы. - Мой друг очень просит завершить его дела здесь, в Елисаветграде. Сам я сделать этого не могу, и ты должен мне в этом помочь. Сделаешь – я верну тебе перстень.