Проведя рукой по коллекции одежды, я прикрыл за собой дверь с некоторым смущением: то, что сейчас увидел, мне явно не предназначалось. И ведь раскиданные игрушки на полу не уберешь и не прикроешь – мол, не видел я их. Впрочем не думаю, что Шиманская не станет сильно расстраиваться по этому поводу. Разговор у нас с ней предстоит серьезный – вопрос жизни и смерти, тут о забытой на видном месте взрослой игрушке особо переживать не будешь.
Вновь устроившись на мягкой груше кресла, я подумал не на нем ли Анжела забавляется сама с собой. Пришлось даже приложить некоторые усилия, чтобы эти мысли отогнать – возраст и гормоны сказываются. Отвлекаясь, я принялся рассматривать картинки памяти Олега, вспоминая жизнь в протекторате.
Постепенно расслаблялся и начал даже понемногу дремать. Общее напряжение ожидания полностью провалиться в сон не давало, но и бодрствованием данное состояние не назовешь – я словно плавал на границе сна и яви. Щелчок дверного замка заставил меня вздрогнуть, а накатившая полудрема исчезла моментально.
- Proszę, – услышал я приглушенный голос Анжелы из коридора. В самый последний момент успел толкнуться ногами и кульбитом назад скатиться с кресла, замерев.
То, что Шиманская вернулась домой с гостем, оказалось для меня полнейшей неожиданностью. Правда сильно не переживал – потому что это больше проблемы гостя, чем мои.
По углам комнаты вспыхнул яркий свет. Мне не было видно, что происходит в прихожей, но по звукам я понял, что свет включил мужчина, пока Анжела закрывала за собой дверь.
- Nie-nie-nie, - игриво произнесла Шиманская и яркий свет погас, а через краткое мгновение встроенные светильники озарились мягким алым свечением. Квартира погрузилась в интимный полумрак, а из прихожей послышались шорохи и звуки жадных поцелуев.
- Nie tak szybko, - сдавленно произнес мужчина, явно на миг оторвавшись от требовательных женских губ, но был сразу же прерван. Судя по звукам, Анжела начала срывать одежду со спутника прямо у входа. Мужчина явно попытался сопротивляться и для начала поговорить, но Шиманская – которую я раньше просто не представлял в роли не приемлющего возражений суккуба, накинулась на гостя со всепоглощающей животной страстью.
Парочка ввалилась в комнату, дохнуло воздухом - на кресло, где я совсем недавно сидел, приземлилась куртка. Анжела, громко и тяжело дыша в перерывах между поцелуями, раздевала спутника на ходу – перелетев кресло, прямо на меня прилетели его штаны.
Ситуация хуже не придумаешь, подумал я, продолжая сидеть в полной неподвижности и не отодвигая штанину с плеча. К счастью, раздался звук рывком открытой двери, и Анжела с любовником завалились в ванную комнату. Зашумела вода, послышался короткий взвизг – видно в спешке захлестнувшего возбуждения не сразу получилось с настройкой нужной температуры. Но почти сразу перекрывая все звуки, раздался протяжный женский стон.
Шумела падающая вода, утробно вскрикивала Анжела, судя по эмоциям очень сильно истосковавшаяся по сексу. Ну да, если делать вид, что абсолютно, до отвращения не приемлешь плотскую любовь, а на самом деле…
Оборвав мысль, я аккуратно скинул с себя чужие штаны и поднялся. На кухне подождать? Или прямо здесь, в комнате?
Совершенно нежелательно, если меня увидит спутник Анжелы. Скорее всего, в этом случае придется его убить – слишком многим я рискую, показываясь на глаза случайным людям здесь и сейчас. А убивать я никого не хочу, к тому же если Шиманская питает к этому человеку какие-либо чувства, в этом случае привлечь ее к себе не получится. А жизнь я Анжеле уже сломал в перспективе, когда рассказал Халиду о ее участии в убийстве Башара, так что плохой вариант отталкивать Шиманскую от себя убийством любовника.
Значит надо переждать, пока они закончат, и мужчина уйдет. Даже если он останется в квартире, не будут же они всю ночь кувыркаться? Сквозь шум воды мне были слышны громкие шлепки мокрых тел – с такой активности калорий и сил тратится прилично. Заснет наверняка, хоть под утро. И когда уснет, я его вырублю, а после разбужу Шиманскую и поговорю с ней. Все, решение принял, теперь вопрос – где спрятаться.
На кухне? Сделав пару шагов, я словно в поисках ответа заглянул в приоткрытую дверь ванной. На прозрачной, но запотевшей створке душевой кабины отпечатки ладоней, то и дело видна прижимаемая немаленькая грудь Анжелы. Сама Шиманская вжимается в створку щекой, утробно постанывая в ходящей ходуном кабинке. Да, после водных процедур вообще кушать хочется, а после купания, сопряженного с такими нагрузками, они точно к холодильнику побегут. Не сразу, так чуть позже.