-Оставайтесь на своих позициях. Держите строй.
Турпион не думал, что это принесет много пользы. Огромные нисейские лошади становились больше с каждой секундой.
Над головами легионеров просвистели стрелы солдат Аполлония. "По крайней мере, они нас не бросили", - подумал Турпион. «Мы не умрем в одиночестве».
Должно быть, удачная стрела попала в жизненно важный орган одной из персидских лошадей. Она упала, скользя вперед и вбок. Его всадник перелетел через её голову. Он оставался в воздухе невероятно долго, прежде чем врезаться в дорогу, его доспехи звенели и гремели вокруг него. Лошадь попала под ноги своему соседу. Он тоже рухнул. Лошадь с другой стороны вильнула в сторону и врезалась в следующую лошадь, которая потеряла равновесие. Вторая шеренга лошадей не смогла остановиться достаточно быстро. У них не было другого выбора, кроме как врезаться в падших. В считанные мгновения великолепная кавалерийская атака превратилась в стремительную, бьющуюся линию хаоса людей и лошадей, корчащихся от боли и удивления.
-Кругом, бегом марш, давайте отойдем от них как можно дальше.
Пока персы разгребали свой бардак, Турпион и его бойцы могли еще немного приблизится к спасению. Пробегая трусцой по дороге, Турпион с тревогой посмотрел налево, чтобы узнать, что стало с отрядом сасанидской кавалерии, которая ехала обойти его людей с севера. Он не видел никаких ее следов. Он почувствовал, как в нем нарастает страх. Волосатая задница Геркулеса, как они могли так быстро оказаться между нами и воротами? Затем его настроение поднялось. Их не было между Турпионом и воротами; они удалялись к своему лагерю. Группа фигур с факелами, смотрящих вниз на упавшую лошадь, указала почему. Одна лошадь попала в одну из редких ловушек, расставленных в полосе между 200 и 400 шагами от стены. Одна лошадь пала, и они сдались.
Теперь оставалось столкнуться только с одной угрозой. Но, вероятно, этого бы им и хватило. Турпион чувствовал, что в следующий раз, когда сасанидские клибанарии с грохотом ринутся на них по дороге, легионеры сломаются. Это была очень долгая, пугающая ночь. У мужества бойцов был свой предел.
-Стой раз-два. Кругом повернись. Приготовиться отражать конницу.
На этот раз клибанарии не торопились. Они выстроились в колонну шириной в семь человек, и Турпион не мог разглядеть, сколько человек в глубину. Первая шеренга состояла из семерых человек, которые каким-то образом нашли время, чтобы надеть броню на своих лошадей, а также на самих себя. Они ехали колено к колену, крупные бойцы на больших лошадях. Они образовали сплошную стену из железа, вареной кожи, рогов животных, леденящие стальные наконечники их копий отражали звездный свет над ними.
Турпион почувствовал, как по окружавшим его легионерам пробежала дрожь. Он слышал нервное шарканье ног, скрежет гвоздей по поверхности дороги. Мужчина справа от него оглядывался через плечо, глядя на безопасный город. Турпион уловил отвратительный запах страха. Их или свой, он не был уверен.
-Держать строй. Встать прямо. Лошади не поедут на четкий строй, - Турпион кричал до хрипоты. Завтра он не сможет говорить. Он ухмыльнулся, когда до него дошло другое досадное последствие этого. Он повернулся, чтобы подбодрить ряды позади себя.
-Если мы не сдвинемся с места, они не смогут нас тронуть. Держите оборону, и с нами все будет в порядке. Юпитеровы яйца, но ворота казались близкими. Любой мог представить себе, как он поворачивается, бежит и оказывается в безопасности. Это было всего в 150 шагах от нас. Так близко, что ты почувствовал, что можешь оказаться там в одно мгновение.
-Забудьте о бегстве. Лошадь не обгонишь. Драпанешь, и ты покойник. Держи оборону, и мы все будем жить.
Бойцы не смотрели ему в глаза; напутствие не сработало.
Пронзительно завыла труба, прорезая окружающий шум встревоженной ночи. Клибанарии опустили свои ужасные копья и перешли на шаг. Слышался звон доспехов, стук копыт их лошадей по дороге, но ни звука человеческого. Они надвигались, как длинная змея, покрытые чешуей и неумолимые.