- Какое-то время этот работало. Теперь все кончено. Гай Скрибоний Муциан и вы были довольно скрупулезны, но все же прокололись. Вы не додумались придумать сбережения для воображаемых солдат. - Баллиста еще больше наклонился к Турпиону.
- Все кончено. Скрибоний сбежал. Бросил тебя отвечать за все. Если будешь молчать, то лучшее, что тебя ждет - разжалование с позором. Если ты расскажешь мне все, есть варианты. Это была идея Скрибония?
Турпион расправил плечи.
- Он мой командир. Я не буду доносить на него.
- Преданность делает тебе честь. Но он не заслуживает преданности. Он сбежал, как трус, - Баллиста снова сделал паузу. Головная боль вызывала у него тошноту.
- Ты расскажешь мне все. Так или иначе. - последние слова не нуждались в ударении. - Если ты расскажешь мне все, у тебя будет шанс на искупление, шанс вернуть себе самоуважение и уважение твоих людей. Я дам тебе время подумать, - закончил он.
Баллиста повернулся и, сопровождаемый всеми, кроме Турпиона и Максима, вернулся на террасу. Он подошел, чтобы облокотиться на перила. У него раскалывалась голова. Человек на осле исчез.
Упали первые крупные капли дождя. К тому времени, как они вернулись под портик, воздух был полон воды. Турпиону не понадобилось много времени на размышления.
- Гай Скрибоний Муциан рассказал мне о своем замысле в прошлом году, после битвы за изгнание персов из Ареты, - сказал Турпион, как только вошел Баллиста.
- Когорта понесла потери. Он сказал, что сейчас подходящий момент для начала схемы. - Центурион задумался. - Все было так, как ты говоришь. Большинство бойцов, записанных в далекие наряды, не существуют. Магдала и Шафер Авира не существуют. Или больше не существуют. Бекуфрейн находится в нескольких милях вниз по течению Евфрата. Он находится в руках Сасанидов. Там уже много лет не было ни одного римского солдата. Кастеллум Арабум существует в реальности. Возможно, слишком недавно, чтобы фигурировать в официальных документах. - он остановился.
- Какой процент ты откатывал?
- Десять, - быстро ответил Турпион. - Я сдал все деньги на хранение одному человеку в городе. Я ничего из них не потратил. Я могу все вернуть.
Над головой прогремел гром. В комнате воцарилась тишина.
Наконец Баллиста заговорил.
- Что он имел на тебя такого, что тебе пришлось присоединиться к нему?
Турпион ничего не сказал.
- Это были долги? Женщина? Мальчик?'
- Разве это имеет значение?- вспышка молнии осветила комнату. Лицо Турпион выглядело белее, чем когда-либо.
- Да, если бы это может случиться снова.
- Это не может повториться, - сказал Турпион.
- Я должен обезглавить тебя посреди марсова поля.- Баллиста позволил своим словам надолго повиснуть в воздухе. - Вместо этого я назначаю тебя исполняющим обязанности командира когорты. - Турпион выглядел ошеломленным. - Теперь ты должны доказать, что ты хороший офицер. Уже слишком поздно набирать новых рекрутов, но к следующей весне я хочу, чтобы ты подготовил эту когорту к бою. Я хочу, чтобы ты тренировал их до тех пор, пока они не упадут от усталости. О, и ты можешь вернуть деньги Деметрию. Они пойдут на замену снаряжения.
Турпион начал благодарить Баллисту, который прервал его.
- Этот разговор не должен покинуть этих стен. Не обмани моего доверия.
Они услышали, как дождь барабанит по плоской крыше. Головная боль Баллисты почти прошла.
Глава 8
Дождь шел всю ночь, потом весь день. Деметрий начал задаваться вопросом, прекратится ли это когда-нибудь. По ранее незамеченным желобам на террасе дворца неслись бурные струи воды. Ближе к вечеру в русле северного оврага образовался поток, способный сдвигать небольшие камни. В устье ущелья воды Евфрата приобрели грязно-коричневый цвет.
Должно быть, именно так и начинался первобытный потоп. Зевс, вне себя от отвращения к преступлениям человечества, послал потоп, чтобы положить конец убийствам, человеческим жертвоприношениям и каннибализму. Один человек, Девкалион, предупрежденный своим бессмертным отцом, Прометеем, построил ковчег. Девять дней спустя, ведомый голубем, ковчег доставил Девкалиона и его жену Пирру на гору Парнас - или, как говорили другие, горы Этну, Афон или Офрис. Другие бежали на возвышенности, предупрежденные криками журавлей или воем волков. Иногда Деметрий сомневался, правильно ли поступил Зевс, прекратив потоп.