В прекрасных бирюзовых глазах не видно было слез, но Тайнан почувствовал, что ей больно. Ему хотелось бы навсегда прогнать эту боль, но в этот момент мысли Тайнана устремились к телу Амары, а не к душе. Он поднялся с кровати и, взяв Амару за руку, поставил ее рядом с собой.
У Амары была красивая полная грудь, но пенные брызги татуировки сделали ее еще привлекательнее. Очарованный этим удивительным произведением искусства, Тайнан невольно подумал вслух:
– Наверное, художник получил немалое удовольствие от работы.
– Да, ей было интересно создавать сложную композицию, но ничего иного за этим не стояло.
– Извини. Я так мало знаю о татуировках, что мне и в голову не пришло, что это была художница, – сказал Тайнан, смутившись от того, что его вопрос был продиктован ревностью.
Амара придвинулась ближе к Тайнану:
– Я бы сказала, что об одной татуировке ты знаешь довольно много.
– Нет, мне нужно узнать гораздо больше. – Тайнан усадил Амару на край кровати и опустился на колени между ее ног. Обхватив ее за талию, он лизнул кружевной узор на груди, а потом захватил губами нежно-розовый сосок. Амара потянулась к нему, обняла за шею и прошептала нежные слова. Татуировка была так мастерски выполнена, что Тайнана не удивило бы, если бы он ощутил солоноватый вкус моря, но ее кожа была такой же сладостной, как и поцелуи.
– Ты великолепна, – прошептал он, захватив в рот второй сосок.
– Ты тоже, – ответила Амара.
Тайнан чуть отстранился и заглянул ей в глаза. Увидев в них только тепло, он поверил в искренность ее слов. Когда Амара, оперевшись на локти, откинулась назад, Тайнан провел языком по всей линии волны, спустился по ребрам к мягкому изгибу живота. Когда кончик его языка коснулся пупка, она рассмеялась. Тайнан наслаждался звуком ее смеха.
Сначала внимание Тайнана привлекла волна, взбегавшая вверх по правой ноге Амары, потом его соблазнили естественные тепло-розовые тона левой ноги. Он провел руками по внутренней части ее бедер, и Амара раздвинула их навстречу ему. Его пламенный поцелуй не вызвал у нее никакого смущения.
Конечно, для нее в этом не было ничего нового. Он со стыдом признался себе, что ревнует ее к мужчинам, имен которых никогда не узнает, равно как и их самих. Он понимал, что ревность – недостойное чувство, но не мог избавиться от нее. Тайнан хотел, чтобы Амара принадлежала только ему. Он коснулся губами треугольника золотистых волос и вдохнул аромат ее тела. Поощряемый тихим стоном блаженства, он насладился ею сполна.
Тайнан ощущал, как тело Амары трепещет от сладкого ожидания, но ему не хотелось, чтобы она одна испытала восторг. Приподнявшись, он уложил Амару на кровать и лег с ней рядом, прижимаясь к ней своим сильным телом. Они были почти одного роста, Тайнан вошел в нее уверенным движением. Она выгнулась навстречу, и Тайнан замер, наслаждаясь жаром ее тела. Сейчас он хотел познать ее всю и испытать такую же радость, как та, что Амара подарила ему недавно.
Амара обвила вокруг него ноги и, приподняв бедра, словно просила его продолжать движение. Тайнан подчинился ей, и скоро они начали задыхаться от страсти.
Переполненный новыми ощущениями, он угадал начало ее экстаза. Наслаждаясь блаженством, он погрузился в нее еще глубже и наконец замер. Грегори Нэш советовал ему узнать от Амары о женщинах как можно больше, но Тайнан не ожидал, что ее уроки окажутся столь поучительными. Такая возлюбленная превосходила мечты любого мужчины, но дело было не только в ее опыте – Тайнан ощутил теплоту настоящей любви.
Наслаждаясь столь же сладостной истомой, Амара ласково провела кончиками пальцев по спине Тайнана. Уверенная, что посвятила Тайнана в тайны любви, она надеялась, что его любопытство еще не исчерпано. Под звуки гитары она представляла себе, будто находится на Земле, в слабо освещенной спальне, воздух которой напоен ароматом цветов. Амара знала, что эта прекрасная мечта вскоре рассеется, потому что звезды позовут к себе.
Тем не менее она заставила себя не думать о будущем и обняла Тайнана.
Тот приподнялся на локтях, не выходя из нее:
– Я не раздавлю тебя?
– Никогда. Если хочешь, мы можем лежать так весь день. Некоторые авторы рекомендуют такую позу для медитации. Кажется, это тоже древний обычай.
– Боюсь, я не могу думать ни о чем, кроме тебя, – признался Тайнан.
– Я рада, если это так.
– Ты слышала о такой медитации или сама занималась ею?
Амара взъерошила ему волосы:
– У тебя роскошная шевелюра. С такой бронзовой кожей ты мог бы быть индейцем, но я никогда не видела, чтобы они были кудрявыми!