Выбрать главу

Это было больше, чем физическое желание. Он нуждался в ней, как трава нуждается в дожде.

Встав из-за стола. Чей взял свою шляпу и вышел из дома.

Спустя десять минут он уже ехал верхом по направлению к ее дому. У него внезапно появилась острая необходимость пройтись по земле, по которой ходила Дана.

Дана взглянула на часы. Ночью она не могла заснуть, не могла думать ни о чем и ни о ком другом, кроме Чея. Она снова взглянула на часы, уже в десятый раз за эту минуту. Пятнадцать минут двенадцатого. Она уже собиралась выйти из дома, когда внезапно осознала, что Чей, должно быть, сейчас очень занят. Дел-то у него наверняка прибавилось.

Выходит, она не сможет увидеть его раньше вечера.

Чувствуя, что стены словно давят на нее, Дана надела толстый свитер, перчатки и вышла на крыльцо. Несколько минут она ходила взад и вперед, потом села на ступеньку. Не может же она сидеть здесь весь день. Стоит поехать в город и побродить по магазинам или сходить в кино. Да, и обязательно купить платье для предстоящего свидания с Чеем!

Она уже собиралась пойти в дом за ключами от машины и кошельком, когда увидела Чея, выезжающего на лошади из-за деревьев.

Увидев его, Дана замерла как вкопанная. Ее сердце бешено забилось. Он здесь, пронеслось в затуманенном от счастья мозгу. Может, кто-то успел рассказать ему, что она вернулась? Но это было невозможно. Никто, кроме ее родителей, не знал об этом, а они не стали бы звонить Чею.

Он был здесь. Каждой частичкой своей души, каждой клеточкой своего тела Дана тосковала по нему. Не говоря ни слова, он спешился, подошел ближе, поднял ее на руки и поцеловал.

Дана с восторгом упивалась жаром поцелуя, силой его рук. Как она вообще могла подумать, что сможет жить без него? Он был ей так же необходим, как воздух, которым она дышала.

Когда поцелуй прекратился, у нее на ресницах засверкали слезы счастья.

— Не надо плакать, любовь моя, — сказал он и снова поцеловал ее.

Дана крепче обняла его за шею и постаралась еще плотнее прижаться к нему, хотя это казалось невозможным.

— Мы принадлежим друг другу, Дана. Я это знаю, я это чувствую, — прошептал Чей, целуя ее лоб, губы, щеки. — Слушай свое сердце, — продолжал Чей. — Ты знаешь, что это правда.

Радость распустилась в душе Даны, подобно яркому и нежному цветку.

— Конечно, я знаю, что это так, — сказала она, улыбаясь. — Почему, ты думаешь, я вернулась?

— А почему ты вернулась?

— Сказать, что я люблю тебя.

— Ты уверена? Ведь мы так недолго знаем друг Друга.

Она сердито посмотрела на него.

— Минуточку. Разве ты только что не сказал, что мы принадлежим друг другу?

— Да, но я не думал, что ты со мной согласишься. Я собирался силой привезти тебя к себе и закрыться с тобой в спальне до тех пор, пока ты не согласишься дать нам шанс, — он застенчиво засмеялся. — Я просто не ожидал, что ты так быстро сдашься.

— После возвращения в Эштон-Фоллс я поняла, что совершила ошибку, уехав отсюда. Я принялась писать тебе письмо, но выкинула его. Затем решила, что позвоню, но, — она немного помедлила, — я хотела видеть твое лицо в этот момент. И если наши чувства взаимны, я бы хотела смотреть тебе в глаза, когда ты будешь мне об этом говорить. Ты меня любишь. Чей?

— Каждой частичкой своей души.

— Скажи это.

— Я люблю тебя, Дана. Я буду любить тебя до конца дней. Не могу гарантировать, что никогда тебя не расстрою, но я точно тебя не брошу и никогда не обману. Клянусь всем, что у меня есть.

— Я верю тебе.

— Ты выйдешь за меня замуж?

— Да, и чем раньше, тем лучше.

Чей испустил победоносный клич, заключил свою невесту в объятия и страстно поцеловал.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Следующие две недели были заняты предсвадебными хлопотами и пролетели быстро. Дана старалась как можно больше времени проводить с Чеем. Родители были шокированы, узнав, что она собирается выйти замуж за мужчину, которого так мало знает. Даже новость о том, что он владеет половиной огромного ранчо, не смогла убедить ее отца. Мать мягко пыталась убедить ее подождать еще хотя бы полгода, «просто чтобы удостовериться, дорогая».

Дана была согласна, что они с Чеем знали друг друга не очень долго, но, как говорят, любовь не подчиняется ни календарям, ни времени. Кроме того, она знала пары, которые встречались годами, но все заканчивалось разводом. Долгая дружба вовсе не значит, что брак будет счастливым. Впервые в жизни Дана ни в чем не сомневалась, не имела никаких задних мыслей. И хотя Дана выслушала множество возражений от своих родителей, она слишком сильно любила, чтобы слушать их советы. В конце концов они согласились приехать на свадьбу, и это все, что ей было нужно.

Чей захотел, чтобы свадьба состоялась перед Рождеством. Они назначили дату за неделю до праздника. Ее мать, все еще надеясь повлиять на решение дочери, приняла попытку отложить свадьбу до весны, напомнив Дане, что Чей недавно похоронил отца и это неуважительно по отношению к памяти Большого Джона. Но Чей рассеял все ее сомнения. Ни он, ни Дана не хотели ждать, но они согласились, что свадьба должна быть небольшой, только родственники и самые близкие Друзья.

Воскресным утром Дана заехала за Эшли на ранчо, и они отправились выбирать свадебное платье. По дороге в город Эшли была какая-то грустная, но, когда Дана стала одно за другим примерять платья, девчушка сразу оживилась.

Немного позже продавщица принесла платье с умопомрачительным квадратным декольте и корсетом. У него была узкая юбка, причем сзади она была длиннее, чем спереди. Когда Дана надела его, обе поняли, что это то самое платье.

— Вот подожди, Чей увидит, — заговорщицким тоном проговорила Эшли, — он с ума сойдет.

— Этого я и добиваюсь, — сказала Дана, улыбнувшись.

— Ты его любишь, правда?

— Конечно, мы ведь женимся.

— Думаешь, Чей прав по поводу Ника?

— Да. Почему бы тебе не дать шанс Брэндону?

Эшли пожала плечами.

— Мы знаем друг друга уже много лет. Тебе не кажется, что это скучно — слишком хорошо знать человека?

— Нет. В любом случае я уверена, что ты еще тысячу раз влюбишься до того, как встретишь своего единственного мужчину.

Глаза Эшли округлились.

— Чей сказал то же самое, честно.

— Если два человека говорят, что ты болен, значит, пришло время лечиться. Помоги мне снять это платье, и я куплю нам ланч.

Позже они сидели в маленьком кафе и пили чай со льдом.

— Я до сих пор не могу поверить, что Чей мой брат, — заметила Эшли.

— Должно быть, тебе было тяжело это принять.

— Да, но я всегда хотела, чтобы он был моим братом.

Дана улыбнулась.

— Он рассказывал мне, что в детстве ты не отходила от него ни на шаг. Наверное, одиноко быть единственным ребенком в семье. Я не думала об этом, когда была маленькой. Мне нравилось быть в центре внимания и получать все подарки. Но именно сейчас я осознаю, как мне не хватает брата или сестры.

— Как ты думаешь, Чей отправит меня в школу сразу после свадьбы?

— А с чего он должен так поступить?

— Не знаю. — Эшли закусила нижнюю губу. Теперь ты здесь, и я ему больше не нужна.

— Не глупи! Он очень тебя любит.

— И ты не будешь возражать, если я буду жить с вами?

— Конечно, нет! Разве я только что не говорила тебе, что хотела бы иметь сестру?

Эшли ожила.

— Ты волнуешься перед свадьбой?

— Немного.

— Ты ни разу не спала с ним?

Дана покачала головой, не веря, что она разговаривает на такую тему с шестнадцатилетней девчонкой.