- Проследи, что бы его не обижали и обеспечивали всем необходимым. Свой лекарь нам нужен, а потом я сам с ним поговорю. Возвращаемся на поле боя, становимся лагерем в готовности вечером начать марш конницы в сторону Руты. Пора навестить воеводу и поговорить с ним по-мужски...
Да, такого количества трофеев даже я не ожидал, и если две сотни неплохих лошадей меня не удивили, дружинники передвигались конными, то почти полторы сотни повозок и телег, многие из которых оказались пустыми, меня озадачили, пока я не сообразил, что их предназначали под трофеи, взятые в моей вотчине. Вот и у меня появились мат средства для создания своей мотопехоты, именно поэтому я отказался от идеи ночного марша только конницы. Выход был назначен утром всего отряда, включая копейщиков на телегах. При этом к каждой телеге придавалась ещё по одной заводной лошади, которых надлежало менять через каждые четыре часа движения.
И в нашем импровизированном лагере началась кутерьма. Моим распоряжением каждому десятку фаланги выделялись по три транспорта для перевозки личного состава и имущества. Ещё десяток выделялся под продукты, десяток под зерно и фураж и ещё десяток в качестве резерва. Всё это добро поступало в распоряжение сотника Устина и его доверенных лиц. Кольчужным и доспешным отрядам были выделены по два десятка повозок, остальные пошли под трофеи, которые нам в настоящий момент не были нужны. В который раз произошло перевооружение фаланги на более качественное оружие ближнего боя, снятое с дружинников. При этом я приказал Устину, чтобы в тыловых десятках было однотипное оружие, а самый оптимальный вариант, что бы всё одинаковое было в шеренгах. Ещё я обратил внимание на то, что несколько доспешных подобрали луки и теперь тренировались в стрельбе под присмотром одного из десятников.
Честно говоря, к вечеру я изрядно устал, разбирая споры и распределяя захваченное имущество между копейщиками и конницей. Первый обоз с трофеями уже был отправлен в имение и должен был вернуться ночью, чтобы к утру вновь загрузиться и совершить вторую ездку. Очень много времени ушло на то, чтобы собрать все тела и вывезти их в овраг, присыпав землёй и камнями. Получилось что-то вроде братской могилы. Откуда-то появились разбежавшиеся ополченцы, привлечённые запахом пищи. Их накормили и назначили возчиками на подводы и повозки, обещав заплатить по два медяка по прибытию в Руту. По-моему, деньги особо не интересовали ополченцев, а вот горячая похлёбка с сухарями, была в самый раз. Не обошлось и без негатива. Сразу три человека были пойманы на воровстве и их, без долгих разговоров, тут же повесили.
Когда всё более или менее устаканилось, я отправился в шатёр командующего отрядом воеводы, надеясь поспать хотя бы четыре часа, совершенно забыв о той девице, что там находилась. Она сама напомнила о себе, обозвав меня грубияном и мужланом, когда я упал на перину и тюфяк, не снимая доспехов, не раздеваясь и задел её. Она сама развязалась и теперь ждала решение своей участи...
8.
Ранним утром я обнаружил эту девицу сидящей у выхода из шатра и баюкающей свою правую руку, замотанную какой-то тряпицей. Увидев, что я проснулся, она тут же накинулась на меня, - Почему ты не предупредил меня, что твоё оружие зачаровано? Посмотри, что твой меч сделал с моей рукой? - Она сдёрнула тряпицу, и я увидел большой ожог с волдырями.
- Нечего лезть туда, куда тебя не просят. А оружие не зачарованное, а фамильное, именное.
- Я просто хотела тебя разуть и раздеть сонного, что бы тело хоть немного отдохнуло. Я всегда так поступала с отцом, когда он брал меня с собой в походы. Не подскажешь, командир войска воеводы спасся, или может быть его пленили, чтобы получить выкуп?
- Пленных нет, погибли все кроме черни ополчения, которое сразу же разбежалось, как только мои дружинники перешли в наступление. Все тела похоронены в одной братской могиле в овраге сразу же за лесом, справа от дороги.
- А раненые? Может быть он среди раненых?
- Всех раненых добили, что б не мучились. У нас нет лекаря, который мог бы им оказать помощь. - О захваченном в плен лекаре воеводы я решил умолчать.
- Значит отец отмучился, а я осталась сиротой и теперь никто не сможет меня защитить от этого похотливого гавнюка, - она с надеждой посмотрела на меня в надежде, что я тут же приму на себя обременение.
- Гавнюк - это воевода?
- Он самый. Любитель молоденьких и нетронутых девочек. Тварь, каких свет не видел. Положил на меня глаз и стал домогаться, а отца, что б не мешал, отправил в этот злосчастный поход. Даже говорил, что женится на мне, если я ему уступлю. У этого гада чуть ли не каждый месяц новая игрушка, которую он потом за ненадобностью выкидывает. Если боярского рода, то просто опозоренную возвращает родителям с небольшим кошелем золота, а если из простых, то сначала отдаёт её своей охране и только потом выгоняет.
- Что-то я не вижу горя на твоём лице от извести о гибели отца.
- Он знал, что его убьют и запретил мне пускать слёзы и как-то горевать, чтобы не доставить этим удовольствие воеводе.
- Откуда он это мог знать?
- В его свите был убийца - отравитель, об этом его предупредили друзья. Они же предложили ему бежать в другое воеводство, но он отказался, заявив, что Вампы никогда не показывали спину противнику и ни от кого не бегали.
- У твоего отца была цепь на груди?
- Она была у того, кто должен был его отравить. Неужели ему удалось спастись?
- Я же сказал, что погибли все, кроме тех ополченцев, что успели разбежаться. Что ты думаешь делать дальше?
- Вернусь в Руту, соберу ценности и золото и отправлюсь в Солей. Надеюсь, эта жирная сволочь меня там не достанет.
- А теперь давай поговорим на чистоту, убийца-отравитель. Ты хоть понимаешь, что это твои действия привели к полному поражению войск Руты. Полководец, которого ты отравила, имел план, которым он ни с кем не делился. Тот, кто его заменил, скорее всего прихлебатель воеводы, надеялся на очень лёгкую победу и просчитался. Именно у него была на груди цепь власти. Далее, тебя никто не связывал, ты сама опутала себя верёвками, поэтому то легко смогла освободиться. Расчёт был простой, - войны, что ворвутся в шатёр увидят тебя и решат, что это дело рук моих телохранителей, поэтому спокойно уйдут. Ты сделаешь вид, что смогла сама освободиться и станешь ждать меня. Да вот беда, у предусмотрительного полководца не оказалось никакого оружия в шатре, не оказалось и еды, которую можно было отравить, а на это ты не рассчитывала. Силёнок задушить меня у тебя не хватает, поэтому то ты и полезла к моему мечу.
Глупой жила, глупой и умрёшь. Неужели ты думала, что такой господин как я, войду в чужой шатёр к незнакомому человеку, пусть даже он и женщина, без охраны? Двух моих воинов ты даже не заметила, а ведь они воспользовались той складкой в шатре, которую ты приготовила для своего бегства и через которую проникла сюда. Отравила ты его питьём, а вот кубок с земли поднять не удосужилась. Тело вынесли твои подручные, утром должны были объявить, что отец-командир скончался от какой-нибудь болезни и что вся полнота власти переходит к доверенному хлыщу воеводы. Конечно, эта картина не полная и в каких-то мелочах я могу ошибаться, но в целом картина выглядит именно так.
Твоё счастье, что ты без оружия даже не пыталась приблизиться ко мне, иначе тут же бы схлопотала болт в грудь. А самая большая твоя ошибка заключалась в том, что ты не следишь за собой. Мой учитель, волшебник Лир, учил тому, что многие предметы, включая одежду и даже волосы впитывают в себя запахи. Ты не моешься и даже не меняешь свою одежду и поэтому от тебя ощущается не только запах немытого тела, но и пахнет миндалём. Тебе надо напоминать, какой яд пахнет именно так? Кстати, если у тебя он остался, то рекомендую его прямо сейчас выпить, ведь тебя сожгут живьём на жертвенном костре, предварительно распоров живот и намотав кишки на кол, к которому тебя привяжут. А теперь сними с себя занятное колечко, я знаю, что змеи любят жалить внезапно, так что возможно внутри него спрятана отравленная иголка. В противном случае тебе сейчас же отрубят руку.