Британский офицер приучен выполнять команды без споров и пререканий. Фляга опустела в секунды. Затем были сломаны копья которые быыли закреплены в подвальном полу. Из десятка смогли вытащить только три. Но и этого нам хватило, чтобы вооружиться.
Я же подошел к двери ведущей из подвала в следующее помещение. Замок был заделан намертво в железную дверь и открывался только снаружи. Достать можно было только язык замка, но мне и этого хватило. Пришлось просто распилить язык замка и дверь распахнулась. Следующее помещение было слабо освещено светом керосиновой лампы и никого не было. Действительно необходимости в дополнительной охране не имелось несчастные, попавшие в эту ловушку, или погибали от ран, нанесенных копьями, или умирали от мук голода и жажды. Следующую преграду нам не удалось преодолеть сразу было необходимо открыть запертую дверь, которая была заперта, но замок был не чета предыдущему и дверь просто вынесли мои товарищи по несчастью. Мы вырвались на оперативный простор. Считая, что вокруг только враги так как вряд ли доступ в служебные помещения, где убивали постояльцев гостиницы, имеют люди, которые не имеют понятия что происходит. Поэтому первый же встреченный нами человек в униформе гостиницы был поднят на копья. Поспешили конечно, но и нас можно понять. После таких изуверских испытаний спокойно смотреть на преступников не будешь. Да, можно заняться морализаторством и завести дискуссию о том, насколько виноват каждый конкретный представитель этой разбойничьей шайки, но мы были далеки от таких рассуждений мы боролись за свою жизнь. Проходя по коридору, мы сначала услышали женские крики и затем наткнулись на комнату, в которой мучили женщину. Женщина была совершенно без одежды и три каких-то мужчины пытали раскаленным железом связанную женщину. Они хотели получить от неё информацию о банковских счетах. Женщине повезло её спас муж / один из кавалерийских офицеров, идущих со мной на прорыв, и оказался её мужем/. Мучителям тоже повезло их убили сразу и не пытали. У нас просто не было на это времени нам надо было рваться вперед и искать выход из гостиницы. Так мы и шли по коридору и заглядывали в комнаты, попадающиеся нам по дороге. именно здесь я и увидел своих товарищей из охраны каравана они были задушены и уже были раздеты и готовы к сжиганию в печи крематория. Женщина одела мундир мужа что бы хоть немного прикрыть свою наготу. смотреть на её прелести всё равно не было времени и желания. Все внимание и мысли были направлены вперед к свободе. Последняя схватка в подземелье произошла уже у выхода на поверхность. Там имелся караул из семи воинов — сипаев только ярость британских офицеров оказалась сильнее и количества этих сипаев и сильнее выучки пехотинцев. Британские офицеры продемонстрировали просто высочайшее мастерство рукопашного боя. Ничего эти караульные не смогли сделать кавалеристы просто порвали этих караульных если говорить по-народному — как тузик грелку. И мы, поднявшись по скобам выбрались в комнату первого этажа гостиницы. И даже не обсуждая одновременно пошли в одном направлении — к кабинету директора гостиницы. по дороге встретили двух гостиничных слуг и по их виду сразу стало понятно — причастны они пытались накинуться на нас, но это было зря. Два удара копьями и всё — дело закончено, и мы идем дальше. как ни странно при таких делах в гостинице директор не запирал свой кабинет, и мы вошли в кабинет бесшумно и даже немного послушали разговор директора с двумя своими подручными. Из разговора следовало этой ночью в планах было убить путешественника, то есть меня и британских офицеров с женами. Одну жену мы уже освободили дело было за освобождением остальных женщин.
Длинный стол в кабинете был покрыт почти полностью вещами деньгами и ювелирными изделиями. Мы попали как раз на инвентаризацию похищенного за неделю. Бюрократы оказывается есть и в разбойничьих шайках. Подручных директора гостиницы убили сразу директора гостиницы и по совместительству главного убийцу и мучителя оставили пока в живых. Британцы продемонстрировали редкое хладнокровие и выдержку и не убили главаря сразу, теперь британцев интересовали ценности, награбленные за время существования этого вертепа. Перед тем как приступить к допросу меня спросили о двух вещах — в деле ли я, достаточно ли мне стандартной доли при разделе добычи. Оба раза я сказал да — я и так был в деле и почему мне отказываться от своей доли в добычи. Трофеи — это всегда святое и трофеи надо собирать, сразу не допуская в этот процесс бюрократов и чиновников. Потом концов не найдешь и останешься голым и босым. Наш главный разбойник показания давал охотно и бойко показывал тайники и схроны. Только британцы были очень грамотными вояками и после того, как снесли в одно место добровольно выданные ценности, бросили главзлодея у камина и стали греть железную кочергу в огне. Эти британцы хорошо знали свое дело и ни на один миг не поверили, что этот хорек отдаст все свои захоронки. Они были полностью правы добровольно этот злодей отдал менее десяти процентов ценностей и остальное пришлось добывать раскаленным железом. По пути мы освободили и остальных женщин и как они /женщины/ не были напуганы, но ценности сортировали со знанием дела и с большой сноровкой. Им явно было не впервой делить ценности в опасной ситуации. Даже вдовы и те отложили плач и стенания на потом споро сортировали ювелирные изделия. Видя мое недоумение один из кавалеристов, пояснил — офицерское жалование небольшое и жизнь заставляет заниматься трофеями и воспитание здесь не мешает. В Британии именно женщины больше всего уделяют внимание материальным вопросам. За время службы в колониях надо собрать капитал, чтобы спокойно проживать в метрополии после окончания срока службы мужа. Когда наличные ценности были собраны и рассортированы приступили к выяснению наличия банковских счетов у нашего коварного директора гостиницы. Банковских счетов оказалось много и денег на этих счетах оказалось ещё больше. Тихо и не вызывая лишнего внимания один из офицеров привез нотариуса. Нотариус, не задавая лишних вопросов оформил все необходимые документы о передаче ценностей с этих счетов в управление двух моих новых компаньонов и часть счетов были переданы под мое управление. Нотариус не задавал лишних вопросов и получив свое вознаграждение мгновенно исчез. Еще раз мы прочесали гостиницу и выставили на улицу всех постояльцев. Часть разбойников закрылась в нескольких служебных помещениях и оборонялась там не желая сдаваться. Никто не стал штурмовать эти помещения. Ценности были переправлены в казарму кавалеристов, погибших товарищей тоже увезли и затем, как и положено в Индии пришел большой огонь. Проще говоря, гостиница была сожжена — задавать вопросы почему мы сожгли эту гостиницу никто из официальных лиц не стал. Косвенно это подтверждало нашу версию о причастности официальных лиц к промыслу в этой гостинице, но прямых доказательств не было и прямых свидетелей не осталось. Так что все умерли и не надо задавать вопросы. Следствие закончено — забудьте обо всём.