Грей поцеловал ее, не дав ей закончить.
— Если ты колдунья, то ты моя колдунья, — сказал он и вновь коснулся языком ее губ.
Охваченные страстью и сгорая от желания, они на мгновение забыли обо всем на свете.
Ева понимала, что целовалась с Греем в совершенно неподходящем для этого месте. Любой прохожий мог их увидеть, но сейчас это не имело никакого значения. Она вновь была в объятиях Грея, не скрывавшего своего желания. Ее любимый мужчина хотел ее. И только это было сейчас главным для Евы.
— Я больше никогда не отпущу тебя от себя, — прошептал Грей.
— Рада это слышать, — тихо произнесла она. — Не отпустишь ни днем, ни ночью?
Грей замер.
— Это… это зависит от тебя. Ну, так что?
— Я принимаю твое предложение выйти за тебя замуж, если оно еще в силе, — ответила Ева.
Грей крепко обнял ее.
— Конечно, в силе.
Ева потерлась щекой о щеку Грея.
— Я хочу, чтобы ты навсегда вошел в мою жизнь. А с Бэмби и Тинкер мы постепенно разберемся.
Грей еще раз обнял Еву, а потом взял ее за руку.
— В таком случае поедем и устроим их на ночлег. А куда ты собиралась ехать, когда я остановил тебя? — спросил Грей, ведя Еву к своей машине.
— Я собиралась к Бэмби, чтобы удостовериться, что с тобой все в порядке. Как твой дом? Разрушения большие?
Грей покачал головой.
— Никаких. Странное дело… Дом Бэмби довольно сильно пострадал. Мой же стоит по соседству, и все в порядке. Ни треснувшего стекла, ни поломанного куста. Никогда не знаешь, как поведет себя торнадо. Эти ураганы совершенно непредсказуемы. Похожи на некоторых знакомых мне женщин, — добавил Грей, пожимая Еве руку.
Проделав нелегкий путь по еще не расчищенным после урагана улицам, Ева и Грей добрались до дома Бэмби и застали Тинкер и ее мать за уборкой. Бэмби подметала пол и собирала в совок осколки стекла, Тинкер собирала вещи, разбросанные по полу.
— Я рада, что вы вернулись, — сказала Бэмби. — Нам надо поговорить.
— Согласен, — ответил Грей.
— В таком случае нам лучше пойти в гостиную, — сказала Бэмби. — Там нет разбитых окон.
Войдя в гостиную вслед за Бэмби, Грей усадил Еву на диван и сел рядом с ней. Потом посадил к себе на колени Тинкер. Несколько минут он что-то тихо говорил ей, а затем переключил внимание на Бэмби.
— Мой дом совершенно не пострадал, поэтому мы отвезем тебя и Тинкер туда на ночь. Ты согласна?
Бэмби посмотрела на Грея, потом на Еву и снова на Грея.
— Да, спасибо. Честно говоря, в этом доме я бы не чувствовала себя в безопасности.
— Хорошо, — с облегчением произнес Грей. — Тогда собери все необходимые вещи, и поехали.
Бэмби встала, вышла из комнаты и минут через двадцать вернулась с чемоданом в руке. Грей поднялся с дивана, но Ева продолжала сидеть, полагая, что ей будет лучше остаться и не мешать им.
Бэмби, увидев, что Ева не собирается ехать с ними, сказала:
— Ева, поедемте с нами. Мне нужно кое-что сказать вам и Грею, а вы ведь знаете… — она сделала паузу и взглянула на Тинкер, — что и у стен бывают уши. Тинкер уже давно пора быть в постели.
Что еще придумала эта женщина? Неужели она собиралась поднять шум из-за того, что Ева и Грей намеревались провести эту ночь вместе? Бэмби была способна на многое, но глупой ее никак нельзя было назвать. Она прекрасно понимала, насколько сильно влекло Еву и Грея друг к другу, а после сегодняшнего дня уже ничто не могло помешать им быть вместе.
Ева нехотя поднялась, взяла сумочку и последовала за ними к машине.
Спустя некоторое время она уже ждала Грея и Бэмби в гостиной, пока те укладывали спать свою дочь.
Из комнаты Тинкер до нее доносились голоса. Ева думала о том, что ошиблась в отношении Бэмби. Эта женщина вовсе не играла, когда вела себя как беспомощный ребенок. Она действительно была не способна взять на себя большую ответственность, и Грею это было хорошо известно. Он сделал все, что мог, чтобы не разлучать мать и дочь. Он заботился о них обеих, был любящим отцом и благородным мужчиной. Редкая женщина удостаивается чести быть любимой таким мужчиной. Еве было страшно даже представить, что сегодня она могла потерять Грея, что он мог погибнуть в этом жутком урагане…
Грей и Бэмби, вошедшие в гостиную, прервали ее мысли.
— Извини, что заставили тебя ждать, — сказал Грей, садясь рядом с ней на диван и беря ее за руку.
Бэмби села в кресло.
— Ева, — начала она, решив сразу же сказать главное, — не знаю, как благодарить вас за спасение моей дочери… — Голос ее надломился, и она замолчала.