то некое послание его разуму, всего лишь сон, который на утро развеется, не оставив за собой и следа. - Тебе от меня не скрыться, Артур, - с тенью улыбки произнёс голос, распространяясь отовсюду. - Я всё ещё здесь. В твоём разуме. И вырвать меня из головы невозможно. Неузнаваемый голос? Возможно я - это ты, за исключением деформированного голоса. Твоё подсознание, твои мысли, тревоги, сомнения. Я неотделимая часть тебя и буду навязчиво преследовать тебя всю жизнь. И теперь перед Хендерсоном вместо вьющихся растений и деревьев, появилось то, что он больше всего боялся увидеть. На секунду тело замерло в оцепенении, а в глазах читался нескрываемый страх и сожаление. - Нет.. - едва слышно прошептал молодой человек и покачал головой, подавляя свою слабую сторону, давно готовую пасть на эту землю. - Нет, нет.. нет... Прямо перед молодым человеком стоял гроб из тёмного дуба, который был ему знаком. Но он постоянно пытался абстрагироваться от этих воспоминаний. - Ну же. Скажи снова, что это не твоя вина, - будоражащий голос, теперь произносил слова с ноткой презрения и в то же время странного восхищения от этого поступка Артура. - Что этот человек, был ужасным. Скажи! Скажи!! Ты ведь привык говорить так, точнее находить отговорки, чтобы окончательно не сойти с ума от собственной вины. Из тени деревьев вышел Кайл Фостер, с всё той же злорадной улыбкой. Несмотря на свой тридцатилетний возраст, он всё ещё выглядел на двадцать два. Слабая щетина, небрежность вида и руки, освобождённые от оков холодной кушетки психиатрической больницы, немного настораживали. Интересно на что может быть способен освобождённый психопат? Образ Кайла стал мелькать, сменяясь то на самого Артура, то возвращаясь вновь к внешности Кайла. И в правду, они похожи. Их истории разные, но их объединяет одно.. чувство вины. Они не хотели этого. Однако смысл произносить это снова и снова, когда время вспять не вернуть? Сжав скулы, Артур приподнял голову, в то время как каждая клеточка тела дрожала от ненависти к самому же себе и Кайлу. - Ты.. - проговорил он и вновь стиснул зубы. - У тебя богатое воображение, Хендерсон. Проводит такие удивительные параллели, деформирует голос, меняет внешность.. Вот только суть остаётся всё та же, - улыбнулся Фостер и вновь словно обезумевший, принялся смеяться. Точно псих. - Ты ничуть не лучше меня. Только скрываешь свои возможности. Я был морально убит, сломлен. Но теперь.. даже возможность задушить твою напарницу мне в наслаждение. Ещё бы чуть-чуть и на одну жертву стало бы больше. Ну что ты мне сделаешь? Вколешь очередное успокоительное? Свяжешь руки прочнее? Да плевать! Пока в груди Артура разжигался неистовый огонь желания прикончить Фостера, его глаза окутала беспросветная темнота и теперь он ничего не слышал кроме своего бешеного сердцебиения. Падая куда-то в пустоту. Очнулся Хендерсон резко, в всё той же темноте. Но к счастью, в своей спальне. Настольные часы показывали 02:45 a.m. Удивительно, как такой долгий и мучительный сон, мог длиться всего несколько часов. Ещё более удивительно, что это впервые новый сон спустя стольких лет повторения одного и того же. Поспешно встав с кровати, Артур лихорадочно принялся искать фонарик, ключи, на ходу одеваясь. Кажется в голове юноши созрел некий план, несомненно будоражащий даже его сердце. Как часто Хендерсон шёл против закона? Не счесть. Но спустя долгого времени затишья, он желал пойти против всех принятых правил. Подсознание дало ему пищу для размышлений, в то время как он решил перейти сразу к действиям. Артур плохо помнит то, как ему удалось перелезть через высокую ограду и взломать психиатрическую больницу, охраняемую несколькими сторожами. Разум охваченный собственным туманом, позволил ему следовать только поставленной цели, не отвлекаясь на лишнее. Уже через час после взлома, молодой человек шёл по запретной зоне, во всю освещая фонариком коридор. По машинальной памяти он остановился у нужной двери, и открыв её своим ключом, вошёл внутрь. Кайл Фостер не спал, безжизненным взглядом изучая луну из крохотного окошка своей комнаты. И честно говоря, оказавшись возле его кушетки, парень усомнился, стоит ли это всё того? Артур всегда был высокомерен и горд, чтобы обращать своё внимание на людей, особенно таких никчёмных людей, как этот больной. - Этой ночью луна особенно ярка.. - проговорил Фостер, так и не взглянув в сторону своего врача. - Однажды я видел подобное.. Кажется в Калифорнии, это был.. - Заткнись, - с отвращением выдохнул единственное слово Артур, удивившись от того, что сейчас мужчина казался таким спокойным и даже в некой степени разговорчивым. Но опять же, это ещё одна их общая черта, маска спокойствия перед бурей. Не обращая на данное время внимания в сторону Кайла, молодой человек лихорадочно принялся искать на медицинском столе нужное лекарство. Металлические приборы цеплялись друг за друга, наводя шум. Вот, отлично, это то самое лекарство. - Знаешь, я ведь действительно думал, что ты излечишься, - вдумчиво говорил Артур, хладнокровно пользуясь медицинскими принадлежностями и уже вводя вещество в шприц. - Верил, что даже самый опасный пациент больницы способен хотя бы стать более уравновешенным. Но я ошибался. У всех расчётов есть свои погрешности. Мы не.. не похожи, - продолжал говорить Хендерсон, уже скорее убеждая самого себя, что он поступает правильно. - Я не мог бы убить близких, кто бы мне что не говорил и как бы не были навязчивыми эти голоса из ниоткуда. Даже если бы я их не любил, они моя семья, часть меня. Теперь взгляд Кайла был помесью злости и страха, от того, что сейчас довольно поздний час для визитов врачей. Что же задумал этот анестезиолог? Он и сам толком не знал, следуя лишь тому, что первое приходит в голову. В мыслях вновь пронеслись слова из сна, произнесённые Кайлом: «Я был морально убит, сломлен. Но теперь.. даже возможность задушить твою напарницу мне в наслаждение.» Не факт, что в жизни было так же, но это всё же случилось. Он едва её не задушил. От этой мысли взгляд Артура и вовсе стал таким холодным, что мог бы напугать в отражении даже самого себя. Резко схватив за руку мистера Фостера, врач сделал укол, не спуская взгляда с его глаз. Это была единственная возможность контролировать ситуацию и видеть, что у этого мужчины на уме. - О этот жалкий, испуганный взгляд теперь мне тоже в наслаждение. Ты заслуживаешь всего, что тебе было изначально предписано... Убить близких, сделать три попытки убийства тех, кто пытался тебя вылечить. Я знаю твою злость. Нет, даже не так. Я понимаю тебя, твоё состояние. Но у всего есть свои границы и ты ублюдок, их давно пересёк, - взгляд карих глаз Хендерсона становился всё более ненавистным и отчасти умиротворённым. Он делал то, что давно хотел. Кайл пытался что-то произнести, но не смог, от того его взгляд стал ещё более напуганным. - Кажется ты не можешь понять, почему так сложно вновь заговорить? Хотел спросить меня, что я тебе вколол? - предвидя всё это заранее, поинтересовался Артур. - Наверное неприятно находиться на месте беззащитных. Сейчас ты бы попытался меня задушить, вот только не можешь пошевелиться. Это лиофитодин. Тебе его я вколол. Но разве медицинские слова помогут тебе ответить на твои настоящие вопросы? Приблизившись к нему на ту самую опасную дистанцию, молодой человек снизил голос на несколько тонов ниже, оставаясь всё таким же злым. - К чёрту тебя, Фостер. Мне честно плевать выкарабкаешься ты из этого места однажды или нет. Но если ты хоть раз, - он слегка надавил на две точки шеи Кайла, делая ему больно, но не душа. - тронешь или хотя бы коснёшься Корнелии... - задумавшись он добавил. - да кого угодно в этой больнице, я собственноручно тебя убью и глазом не моргнув. Поверь мне, это не предупреждение. Вколоть тебе "обезболивающее" не проблема, проблема лишь в том, то ли это будет лекарство? Если я замечу хоть раз резкие вспышки гнева, способные кому-нибудь причинить боль, ты мразь получишь то, что давно заслужил. И уже никто тебя не спасёт. Я не психиатр, готовый слушать твои бредни. В этот момент прозвенела сигнализация, но Артур лишь ухмыльнулся. - Видимо это за мной. Надеюсь ты понял мои слова. Недопонимание сейчас ни к чему, особенно когда на кону собственная жизнь. Верно?.. Через два-три часа парализованность пройдёт, но мне не составит труда ввести тебе сильную дозу в следующий раз.