Но и тут добрый Денис не бросил друга в беде: не прерывая пения, он начал помогать встать товарищу. Все это сопровождалось всеобщими смешками и хохотом с зала. Жалко, только, что все его старания оказались напрасны и ему не удалось поднять неподъемную тушу Вовчика.
Между тем настал финальный, последний припев песни. И Вовчик, который понял, что не сможет нас больше никак поддержать заорал, словно резанный:
Школа ты как детский сад, только боооольше!
Ты в сердечке в нашем словно пееееечь!
Греешь светом знаний из окооооошка!
Учителям спасибо говорииииим!
Было слышно, что последнюю фразу он проорал прям от души. Так зал нам еще никогда не рукоплескал. Учителя сидели в шоке, а вот ученикам очень понравился номер. Поклонившись, мы начали помогать встать нашему неудачнику.
— Вовчик, какого фига ты опоздал? — спросил Серега, поднимая одноклассника.
— Я костюм надевал. Очень было тяжело, — невинно отвечал Вовчик.
— Это нам сейчас тяжело, а тебе тогда было просто не очень легко, — отвечал я со злостью.
— Да ладно, вам ребят, — махнул крылом Вовчик, из-за чего мы его чуть не уронили и он получил по башке, — классно же выступили! Я теперь Вовчик Дак!
Последняя фраза прозвучала гордо.
Еле-еле мы смогли поставить на ноги этого обнаглевшего птенца.
— Вовчик, ты после этого не Вовчик Дак. Ты Му Дак! — сказал Серега и мы все начали уходить.
— Эй, стойте! Стойте! Вы куда? А как же я?! — закричал Вовчик. — Я теперь сам не дойду!
— На крылышках долетишь, — ответил я.
— Я не поднимусь, толстый слишком, — пробурчал Вовчик.
— Заодно и похудеешь здесь. На диету надо садиться! — съязвил Серега.
— Ну, кря!!! — закричал, Вовчик, поднимаясь с места.
Но дверь уже закрылась, оставив нашу уточку печься в духовке вместе с учителями.
Ааааа, шмель! или Самый главный враг народа
Был обычный урок музыки. Хотя нет, не самый обычный, ведь это был последний урок перед длинными четырехдневными выходными. А что значит? Лично в нашем случае это означало, что как мы, так и учитель не были настроены на работу, из-за чего мы просто сидели и занимались своими делами, как и учительница. И все было спокойно, тихо и даже умиротворенно… до одного момента.
Так как в кабинете Светланы Николаевны было душно, окна были приоткрыты. И в одно из окон потихоньку, не спеша, влетел пухленький полосатенький шмель. Естественно, он не мог остаться незамеченным в обществе моих одноклассников. Все начали восклицать:
— О, смотрите, шмель! Шмель!
А некоторые аж начали вскакивать со своих мест.
— Ну что вы начали? Это всего лишь шмель! — сказала музычка, но это не успокоило учеников.
Только самому скромному мальчику в мире было совершенно все равно на шмеля, так как он был целиком и полностью поглощен в игру в телефоне и просто не мог оторваться от нее из-за какого-то там шмеля.
И вот, шмель летал себе, летал, и неожиданно подлетел к Вовчику. Начал кружиться у его кучерявой головы. Не отрываясь от игры, Вовчик вяло отмахивался, что-то бормоча себе под нос. И, видимо, шмелю не понравилось, что его персоне уделяют так мало внимания, из-за чего решил действовать более решительно.
— Аааааа, спасите, меня хочет съесть шмель!!! — закричал наш герой, вскочив с места и отбежав к учительскому столу.
— Вов, живо прекрати! — строго сказала Светлана Николаевна. — Возьми, да убей его, если он тебе так мешает.
— Я с детства боюсь шмелей! — отвечал Вовчик, комично дрожа всем телом.
— Господи, тебе что, не прибить его своим башмаком? — закатив глаза, спросила учительница.
Вовчик помотал головой в ответ.
— Кто-нибудь может прибить этого шмеля? Пять по музыке поставлю! — объявила музычка.
— Ну, давайте я, — откликнулся Серега, беря в руки тряпку с батареи, — где этот ваш шмель?
— Кстати, да, где он? — поддакнул Вовчик.
Но шмель, как нарочно, куда-то спрятался и благополучно затих.
— Все, он улетел, — удовлетворенно произнесла музычка, — можешь садиться на свое место, Вова.
Облегченно выдохнув, Вовчик, подойдя к парте, уже хотел было сесть, как вдруг:
— Аааааааа! — завопил он. — Он был на моем месте и чуть ли не ужалил меня в пятую точку!!!
После этого он пулей добежал до шкафа, стоящего в кабинете, и спрятался в нем, словно черепаха в панцирь.
— Вовка, немедленно прекрати этот цирк! — сказала Светлана Николаевна. — Вылезай!