Прозвенел звонок. В класс стали заходить наши одноклассники. Но мы глазами искали Василису. Уже стало, блин, интересно, что возьмет верх: женское любопытство, или женская торопливость?
Вдруг, Василиса подошла к столу и уже почти что взяла эту валентинку, но в этот момент вошла Валентина Юрьевна и она ушла на свое место! Ох, какой же накал страстей и какая досада для Вовчика.
— Здравствуйте, класс, — поздоровалась учительница будничным тоном, — садитесь.
— Победила женская нерешительность, — шепотом подвел итог Серега.
— Или женская бессердечность, — обижено ответил Вовчик.
— Ух ты, — удивленно воскликнула руссичка, — что это такое?
Она взяла в руки валентинку Вовчика. Увидев это, тот побледнел.
— Ммм, какая симпатичная! — сказала Валентина Юрьевна, рассматривая валентинку. — Интересно, чьё это, и кому? Наверняка мне, — сразу же и с удовольствием сделала вывод учительница.
Вовчик побледнел еще больше.
— Тааак, посмотрим, — протянула учительница, переворачивая валентинку. — Я всегда знал, что твоя душа такая же большая, как твоя грудь, воля крепка, как твоя попа, а лицо симпатичное, как… мое лицо. Давай встречаться, о прекрасная! Твой Вовчик, — прочитала Валентина Юрьевна.
Класс захохотал, а Вовчик схватился за сердце.
— Ну, где мой Вовчик? — лукаво глядя на него, спросила Валентина Юрьевна.
Класс засмеялся еще громче, а самый скромный мальчик в мире медленно сполз под парту.
— Вов, я думала мы и так видимся часто на каждом уроке, — продолжала Валентина Юрьевна со смехом, — но если ты хочешь встречаться ещё чаще, я готова.
Мы все весело хохотали, а Вовчик валялся под партой весь бледный. Тогда он был похож на большую бледную колбасу, закатившуюся под парту.
— Ты хоть для кого это оставил, Вов? — задала вопрос руссичка. — А?
— А там подписано, —сказал Серега.
В этот момент Вовчик из-под парты булькнул.
— Василисе Правшовой, — прочла Валентина Юрьевна романтическим тоном, — единственной и неповторимой.
Услышав это, Василиса с круглыми глазами поглядела сначала на учительницу, а потом сердито на Вовчика, пытающегося, как мне казалось, стать плоским.
— Так, ладно, — прервала наш галдеж учительница, — пошутили и хватит. Вова, забери свою валентинку.
Далее урок прошел без каких-либо подобных ситуаций. Одно плохо: после этого урока Василиса и Вовчик старались избегать друг друга. Эх, жаль, конечно. Но ничего не поделаешь. Любовь такая, тяжелая штука.
Что касается меня, я свою валентинку отдал лично, от греха по дальше, за что был удостоен поцелуем в щеку и обещанием вместе прогуляться после школы. Серега был в такой же ситуации.
И вот, после уроков я дожидался мою ненаглядную в коридоре. Настя сказала мне подождать её, пока она сбегает до учительницы физики и сдаст ей параграф для исправления оценки. Так, вот значит, сижу я, жду её. И вдруг, вижу в окне, как из школы уходит Вовчик, держа в одной руке руку Василисы, в другой — её портфель. Было видно, что ему нелегко, но также было видно, что он — самый счастливый человек на свете.
— Эх, Вовчик, — пробормотал я себе под нос, с улыбкой глядя на эту пару, — романтик!
Тут подошла Настя и мы вместе вышли из школы. В одной руке я сжимал её ладонь, в другой — лямку её портфеля. И было мне, как и Вовчику, легко и хорошо на душе.