— Сразу утилизируют, — зло прокомментировал Самерх. — Быстро и практично. Теперь им всё можно.
С другой стороны, вряд ли местные обитатели встретили бы нас с распростёртыми объятьями, вторгнись мы сюда сразу после падения станции. В лучшем случае выстрел в лицо, в худшем — просто попадаем в хорошо замаскированную западню. И никто даже не поинтересуется, откуда такие гости пожаловали. Ни я, ни Женька не могли судить о расставленных ловушках, но капитан с уверенностью показывал результаты их работы или места установки. Опыт у мадрибца имелся, в этом мы убедились немного раньше. Корфу большинство «закладок» уже обезвредили: или подрывом, или дезактивировали вручную. И хорошо, а то мы с Женькой только похожи на неуничтожимые машины, на самом деле вряд ли соберёмся обратно воедино после хорошенького взрыва.
Мы прошли уже достаточно долго вслед за Менахом Самерхом. Мадрибец будто знал путь к кораблю, а если где и путался, то доставал из кармана небольшую коробочку и смотрел на экран. Потом несколько секунд кривил свою птичью морду, размышляя или только делая вид, а затем продолжал путь. В отличие от нас, сохранивших из устройств и снаряжения только планшет Гарзы и пару Женькиных пистолетов — трофейные автоматы благополучно посеяны во время бешеных вихляний глайдера, — Самерх не потерял почти ничего, даже маску чумного доктора. Объяснялось это просто: мадрибец переложил всё, кроме оружия, в сумки, которые прикрепил к глайдеру. Корфу же по какой-то причине досматривать захваченный транспорт не спешили. Конечно, из-за погони глайдер и часть вещей пришлось бросить, но в основном, как пояснил мадрибец, там были мелочи, не стоящие того, чтобы убиваться из-за них.
— Самерх, тебя не удивляет, что техника работает, оружие тоже? — мне было интересно мнение мадрибца насчёт электронных и «убийственных» устройств.
— Немного, — ответил капитан не оборачиваясь. — Но с момента твоего появления у меня в доме на диване, всё снова пошло наперекосяк, поэтому беспокоюсь не слишком. Этому есть разумное объяснение, я уверен.
— Может, ты просто не заметил, что разрушительное действие давно закончилось, и жил с привычной верой в подыхающие аккумуляторы и разлагающиеся автоматы?
— Наверное, ты прав, — согласился мадрибец, — Только полностью закончилось оно ровно с твоим приходом.
— Хм.
— Вот именно, — Самерх остановился, что-то проверил в своём гаджете и лишь затем продолжил: — Совпадение? Не думаю.
— Никаких мыслей на этот счёт.
— Уж совсем никаких, — усмехнулся мадрибец. — Вы оба знаете больше, чем говорите.
— Так и ты у нас не святая Фария, — вмешался Женька.
— Уж точно! — хохотнул Самерх, а потом выругался: — Помёт фарха!
— Только не говори, что не помнишь этого места, — мне показалось, мы здесь уже проходили.
— Ладно, признаю, — сокрушённо произнёс мадрибец, — моя игрушка не работает. Точнее, не так: с ней-то всё в порядке, а вот корабля будто и нет.
— Вообще-то, твой друг Рагнер хорошенько так покопался внутри «Веясандара», пока нас держали взаперти, — сообщил я.
— Он не мой друг, — капитан огрызнулся. — Иначе и не ставил бы управление. Не мог он ничего найти. Я в этом деле профессионал.
— Тогда в чём причина?
— Да всё в том же, что и раньше: полный тотальный энергетический сбой.
— Могу с уверенностью сказать, такого быть не может, — ответил я. — «Веясандар» защищён от внешних воздействий почти абсолютно. Изнутри — да, слабоват, о чём ты и так знаешь. Да и ты же видишь, что освещение, пусть и аварийное, но до сих пор работает. Какой уж тут сбой.
— Ну, тогда полное и тотальное разрушение, — предложил новую версию Самерх. — И вообще, попробуйте сами связаться, я же видел, как Евгений доставал планшет.
— О, нет, — заявил Женька. — Спасибо, больше не хочется получать по голове с орбиты. Как-нибудь потом, или в крайнем случае, если уж совсем станет плохо.
— А сейчас хорошо, что ли? — с издёвкой спросил бывший капитан «Гончей».
— Неплохо, — сказал я. — Живы-здоровы, чего ещё желать?
— Наверное, подлечиться? — неожиданно заявил Самерх. — Вас чем-то облучили корфу, посмотрите на кожу.