Пустота! С этими гуляниями мы совсем не следили за своим состоянием. А оно никак не улучшалось. Да, мы не получали, как я в прошлый раз, сильных повреждений, которые могли значительно ускорить распад, однако процесс от этого отнюдь не прекращался. Регенерация пока компенсировала потери, но выступившая кровь не предвещала ничего хорошего. Одна радость, что Самерх признался в неисправности своего жучка сейчас, а не через пару часов, когда даже самый тупой землянин об этом догадался бы. Но было бы уже поздно.
— Время есть, его ещё достаточно, я примерно прикинул, — твёрдо заявил Женька, не став уточнять конкретно, что и как он «прикинул».
Незачем мадрибцу знать о прошлых моих похождениях, а при нынешних мы ещё суперспособностей не проявляли. Станция была пуста благодаря усилиям корфу, а сами они где-то затерялись позади. И это мне не нравилось. Что их задержало, ведь погоню ящеры устроили не просто так?
— Самерх, ты вообще представляешь, где должны находиться ангары?
— Нет, — ответил тот. — Это же шарик, так просто не разобраться. Правильная ориентация пола и потолка относительно земли в пройденных отсеках чистая случайность. Если вы стыковались «снизу», то теперь это может быть где-то вверху или сбоку. Направление искусственной гравитации ещё надо учитывать.
— Или сразу воспользоваться жёлтой линией, — негромко произнёс Женька, шаркая по полу ногой, будто смахивая грязь. — Надо же, не заметил её раньше.
— Жёлтой линией? — удивлённо спросил Самерх.
— Я всё понимаю, ты прожжённая космическая птица, — при адаптации земного волка на арраярском у меня получилось именно так, — но не знать о цветовой дифференциации шта… то есть линий?
— Признаюсь, отвык уже, — не моргнув глазом, ответил капитан.
— Ну так идём, — Женька махнул рукой в обратном направлении. — Эта стрелочка на полу не даст соврать.
Линия иногда упиралась в лифты, но они по понятным причинам не работали, поэтому приходилось пользоваться лестницами. И скажу прямо — это не маленькая «Ареста». Разрушенная станция по сравнению с «Жемчужиной» просто крохотулька, хотя и там нам пришлось достаточно поплутать.
Мы спускались всё ниже и ниже, и это навевало неприятные мысли насчёт действительной судьбы «Вояджера». Неужели он оказался просто смят в лепёшку под весом станции? Одно дело взрыв в космосе, другое — безжалостная гравитация. Сколько здесь тонн? На ум приходили какие-то фантастические цифры.
По большей части жёлтая линия проходила по широким коридорам, лишь изредка попадая в большие атриумы с бесчисленными магазинами, сувенирными лавками, ресторанчиками и прочей атрибутикой туристического центра. Когда-то здесь наверняка была куча светящейся рекламы, приглашавшей и в другие увеселительные заведения, но без электричества большинство экранов пугающе чернели в полутьме. Мы никого так пока и не встретили, хотя часть, зачищенная корфу, давно закончилась. Определить границу не составило особого труда: исчезли следы борьбы. С другой стороны, теперь нужно быть более внимательным, так как возможные ловушки больше никто не дезактивировал.
— Здесь жило столько народу, — сказал Женька. — Куда все делись? Всё это слишком подозрительно.
— На «много» я бы не рассчитывал, — ответил Самерх. — Мне кажется, большинство, так или иначе, слиняли отсюда гораздо раньше. Это же был в первую очередь развлекательный объект, а деньги рано или поздно имеют свойство заканчиваться.
— Думаешь, здесь не вводили карантин, как на планете? — спросил Евгений.
— Даже если и вводили, то так же благополучно и сняли, а не как внизу. Не вижу никаких характерных разрушений от действий заражённых.
— Ну а оставшиеся-то где?
— Часть погибла при посадке, сами видели — низ станции смят, — продолжил Самерх. — Кто-то наверняка сбежал сразу после приземления, но не думаю, что таких было много. Кого-то убили и дезинтегрировали корфу. Остальные, скорее всего, спрятались в труднодоступных технических помещениях.
— И лучше нам никого так не встретить, — заметил я. — Хочется побыстрее добраться до ангаров и свалить отсюда.
А жёлтая линия всё вела и вела нас вниз, иногда пересекаясь, иногда проходя параллельно с другими. Я периодически поглядывал на себя и оценивал состояние, но критических изменений не замечал. Со стороны мы вдвоём с Женькой уже походили на красных дьяволов, сочащихся кровью и оставляющих за собой след.
— Кажется, я узнаю это место, — пустой ангар, в который мы вышли, действительно выглядел немного знакомо. — Мы не здесь сели в шаттл?