Я поднял голову и уткнулся носом в круглое, поросшее густым мехом ухо. Ухо возмущенно дернулось, и его заменили черный усатый нос и блестящие глаза.
Маня! Так вот почему мне было и тепло, и тяжело. Надо же, нашла меня! Хотя чему тут удивляться? Столько раз я убеждался, что гивера ни за что не хочет бросать свою маленькую стаю, упорно находя меня даже в других мирах.
— Манька, морда ты моя ненаглядная, — хриплым спросонья голосом пробормотал я, поглаживая пушистый мех.
Гивера одобряюще фыркнула, затем пискнула еле слышно, словно прося дать ей еще поспать, и снова передо мной появилось ее круглое ухо.
Я осторожно спустил тяжеленькое пушистое тело с себя на койку, затем сел, с трудом расправляя затекшие и замерзшие ноги. Было действительно холодно: я не удивился бы, если б узнал, что ночью выпал снег. Прямо на зеленую кипень джунглей. Брр!
Есть хотелось все сильнее.
Серый, мрачный свет робко струился через круглую дыру в нижней части двери, знаменуя следующий день и обозначая место, где вошла гивера. На койке, стоящей напротив моей, никого не было, даже простыни. Видимо, штурман уже «усвистал» куда-то. Хотелось бы надеяться, что это не его «свистнули».
Н-да…
Ежась и зябко вздрагивая, я обошел хижину в тщетной попытке найти хоть что-то съестное, прошел к дверям, осторожно выглянул наружу… И словно уткнулся носом в серую стену: густой туман плотно залил окрестности, так что ничего нельзя было различить и в паре шагов. Прямо декорации к какому-то ужастику по произведениям Стивена Кинга. Вот сейчас как надвинется из серой мути девочка с огненными глазами… ммм… верхом на лангольере!
В тумане что-то шевельнулось. Проявилась колышущаяся тень, надвинулась… Я непроизвольно попятился, когда на меня выплыла длинная фигура в белом саване. По спине пробежали холодные мурашки…
— Ну и холодина! Тумана еще этого до хренищща… — пробормотала фигура, и я понял, что это Санёк, закутанный в простыню.
Настроение у штурмана, как мне показалось, было отвратительным. Он постоянно неразборчиво бормотал что-то и опасливо оглядывался, словно за ним следовал кто-то крайне неприятный.
— Ты чего такой напряженный? — спросил я его.
— Я облегчиться пошел, — процокал зубами Санёк. — Ну забрел за крайнюю хижину — ты же знаешь, что далеко за лагерь отходить нельзя — патрульные пристрелят! — присел под деревом, сижу, размышляю, туман глотаю… И тут слышу — идет что-то по джунглям.
— Что-то или кто-то?
— Что-то, — свистящим шепотом утвердил Санёк. — Человеком это быть не могло, хоть и походило на него немного: фигурой, походкой… Но слишком крупное, тяжелое как для человека. Хотя пытается ступать осторожно, все равно земля вздрагивает при каждом шаге. Да еще и шипит, клацает на ходу… зубами, что ли? Самое главное, что патрульные — ни гугу. Словно сквозь землю провалились. Или дрыхнут все, или…
Я хотел было сказать, что с похмельной головы и не такое может привидеться, но взглянул в трезвые и встревоженные глаза штурмана и передумал шутить. Мы с Саньком достаточно хлебнули горькой каши вместе, чтобы я мог различать, где долговязый штурман ваньку валяет, а где полностью серьезен.
— Густой туман, патрулей не видно… Драпануть бы, раз случай такой выпал, — мечтательно протянул Санёк. — Да вот припасов и оружия нет, и вдобавок хрень какая-то вокруг деревни лазит! Разве попытаться вездеход угнать? Чухнуть через туман — Дорога рядом — не догонят!
В словах штурмана было рациональное зерно: туман действительно давал прекрасное прикрытие для побега. Единственное «но» — завал на Дороге. Вряд ли партизаны были настолько любезны, что соизволили его разобрать. И если бы нам хорошо окрестности знать…
— Нужно предупредить Луку, Шварца и Дженнифер, — решился я. — Мы с тобой вряд ли справимся с вездеходом, да еще у него шасси с одной стороны повреждено, насколько я вчера днем рассмотрел.
— Шасси вчера вроде чинили, — неуверенно протянул Санёк. — Пара партизан копалась, но сделали ли… А попытаться с вездеходом стоит. На своих двоих по джунглям далеко не уйдем. Догонят в два счета.
— Уходить будем по воде, — раздался голос из тумана.
— Черт, — дернулся Санёк, — Лука, ты подкрадывайся как-то заметнее, что ли!
— А какой смысл тогда подкрадываться? — хмыкнул врач, пытаясь пройти в хижину.
— Стой! — Я схватил его за рукав. — Я первый зайду!