- А ты? - голос мужчины дрожал, а веки трепетали, будто он хотел раскрыть глаза, но не мог.
- Всё в порядке, - солгала Мэдж. Зрение расплывалось, её мутило, а в горле собирался желчный ком. Фоккл чувствовала, как дрожала спина, как одежда пропитывалась потом, как горчила на языке кровь, а в ушах звенело. - Спи.
Родриг провалился в беспамятство, постепенно скатываясь с пещерной стены. Мэдж сидела рядом, не находя себе места. Она подтянулась, вытащила из своего рюкзака тряпку и смочила её в воде. Женщина сняла капюшон с головы Деко, приложила ткань ко лбу, ощущая, в какой сильной дрожи билось тело её друга.
Нужно было промыть рану и, в крайнем случае, сделать операцию. Мэдж никогда не пробовалась в роли медика, потому сама мысль о том, что ей придётся зашивать не всего человека, а только его колено, привела в ужас.
- Я бесполезная, - с отчаянием выпалила Фоккл, выбираясь на улицу. Страх проломил рёбра, вгрызаясь в лёгкие, и заполонил всё бездонной чернотой. Солнце бросилось в глаза, но женщина его не заметила. Сотрясение было сильным: она склонилась над землёй и выблевала остаток вчерашнего перекуса. В носу засвербело, голова закружилась, как после полёта на воздушном шаре, а ладони лихорадочно затряслись.
Нужно было делать операцию. Но Мэдж не умела делать операции. Её отец был дерматологом, и никто не учил коммандера, как правильно ставить стежки.
Фоккл зажмурилась, трудно сглатывая слюну, и слизала с щеки мокрые дорожки. Необходимо было собраться. Взять себя в руки. Родриг страдал.
- Я не могу, - Мэдж медленно опустилась на колени и сгорбилась, забираясь пальцами под жёсткую корку застывшего песка. Солнце начало давить. Она подняла лицо и сморщилась. - Я не могу.
Самый страшный миг в жизни, - когда у тебя есть руки, но ты не знаешь, как ими пользоваться; в такие минуты больно случается тогда, когда наступают не на тебя, а на твои слабости и страхи. Мэдж боялась потерять Родрига, ведь тогда она осталась бы одна. Снова.
Движимая страхом одиночества, забралась обратно в пещеру, вытащила из рюкзака аптечку и перебрала нужные инструменты. Игла, кожаная нить в стерильном коробо́чке, мягкие тканевые диски, чтобы промыть рану, и вода. Руки дрожали, и бутылёк с водой выпал. Мэдж быстро его подобрала, положила в белую коробку и сомкнула губы, сдерживая плач.
Родриг горел лихорадкой. Нужно было действовать.
Фоккл вспомнила о внутривенных инъекциях, которые им делали в Комплексе перед сбором крови, но не нашла у себя нужного шприца. Она осторожно промыла рану, едва касаясь пальцами раздражённой кожи, и приготовила иглу. Вдев нить в ушко и держа иглу щипцами, вколола в покрасневшую кожу. Родриг не очнулся, продолжая тяжело дышать. Мэдж придерживала пальцами в новых перчатках края и стенки раны, чтобы линия шва не расходилась и держалась крепко. Фоккл знала, что если затянет шов слишком сильно, то произойдет некроз и нагноение, поэтому старалась делать всё аккуратно, с каждым мгновением чувствуя себя всё хуже. Во рту вновь собралась густая солёная смесь.
Перед взглядом расплывались цветные пятна, но Мэдж продолжала зашивать, промывая глаза слезами. В какой-то момент Родриг вздёрнулся, глухо замычал, но тут же свалился на спину, размеренно раскачивая головой. Мэдж бил страх, и подгоняла боль в голове. «Заканчивай!» - крикнула она в мыслях, ощущая, как теряет сознание от высокого давления. Завершив шов ещё одним, подтянув лигатуру, Мэдж отрезала нить, рассматривая красный рубец. Больше из него не сочилась кровь.
Она неловко уложила инструменты обратно в аптечку, проверила тряпку на лбу мужчины и ещё раз намочила её. Опираясь спиной на стену пещеры, Мэдж сделала несколько глотков тёплой воды из трубочки и развалилась на земле, больше не чувствуя ни ног, ни рук.
Голова разрывалась от цепких покалываний.
***
Мэдж собирала катушку, разглядывая полуденное горячее солнце. Оно пекло неимоверно сильно, и женщина, скрываясь под навесом пещеры, ощущала себя гораздо лучше. Станция Комплекса пропала, и теперь не было возможности связаться с ними. Рация Калли не отвечала, и Мэдж начинала чувствовать себя обеспокоенно и взволнованно. Что с ними происходило?
Заслышав грубые шорохи позади, она обернулась через плечо, растягивая губы в тёплой улыбке. Родриг открыл глаза и больше не выглядел измученным неизлечимой болезнью человеком. Мэдж положила катушку с проволокой на камень, шуршащим шагом подошла к Деко и села рядом, протягивая ему бутылку с трубочкой и помогая сделать несколько жадных и нетерпеливых глотков.