— Мы служим в Гвардии копьеарха. Нет, мы не бежим от опасности. Мы бежим ей навстречу. Нужно скорее явиться на службу.
Бриджет взмахнула ресницами, и ее выразительное лицо отразило быстро сменявшие друг друга страх, затем смирение и, наконец, досаду.
— Вот же черт! Мне и самой стоило об этом вспомнить.
Бенедикт улыбнулся плотно сжатыми губами.
— Ну да. Я бы предпочел, конечно, разместить вас обеих в какой-нибудь надежной комнате с прочным потолком, но… ты права, сестрица. У гвардейцев свой долг, и его нужно исполнять.
— Бенни, кончай твердить прописные истины, — сказала ему Гвен. — Куда нам теперь?
Копье вновь сотряс громовой раскат, с вышины повалились новые камни. Где-то неподалеку раздались крики — ужасные высокие стоны. Гвен не смогла понять, кто это кричит — мужчина, женщина или ребенок.
— Туда, — решил Бенедикт, кивая в сторону, откуда неслись стоны. — Наш главный долг — защищать попавших в беду сограждан и всячески помогать им. Бегите за мной.
И все трое, заодно с Роулем, побежали сквозь охваченную ужасом толпу, бурлящую под плотной завесой пыли. Высокий и худой силуэт Бенедикта указывал им дорогу.
Всего в нескольких ярдах от них оземь обрушился целый камнепад, и Гвен просто не верилось, до чего же оглушительно разбивались о плиты пола эти камни. В стороны брызнула мелкая крошка, и один из кусочков больно ожег ей бедро. Девушка видела, как скривился Бенедикт, а на его правой щеке возник небольшой кровоподтек.
Так они пробежали, вероятно, около пятидесяти шагов. Крик становился все громче, и внезапно сквозь дымку пыли они смогли разглядеть некое подобие кургана из обломков камня. Самый большой обломок скрывал под собой распростертое тело, и небольшое количество пыли вокруг него уже превратилось в красную слякоть. Придавленный человек явно испытывал страшные муки.
— Бенедикт, убери этот камень, — распорядилась Гвен. — Бриджет, помоги мне вытащить раненого.
— Не торопись! — бросил ей Бенедикт. — Если он истекает там кровью, камень мог накрыть рану. Приготовьтесь остановить кровотечение сразу, как мы его вытащим. Нужны тряпки для бинтов.
Коротко кивнув, Гвен решительно потянулась к подолу своей юбки и принялась рвать его на узкие полоски.
— Бриджет! — позвала она.
Бриджет встала на колени и принялась помогать ей, пока Бенедикт присел на корточки рядом с придавленным человеком. Гвен оглянулась, стоило ее кузену негромко выругаться.
— Под всей этой пылью лежит Барнабус Астор, — сообщил Бенедикт.
— Вот невезение, — процедила Гвен, продолжая кромсать свой подол. — По всей справедливости там должен был оказаться Реджи.
Совместными усилиями Гвен и Бриджет удалось обратить внешний слой юбок Гвен в множество полос ткани и многослойные подушечки-тампоны. Когда с этим было покончено, Бенедикт вновь кивнул:
— Бриджет, тащи его сразу, как я подниму камень. Не зевай.
— И не думала, — серьезно ответила Бриджет.
Тогда Бенедикт отвернулся к упавшему камню, глыбе размером с небольшой саркофаг, и подсунул пальцы под его неровный край, чтобы напрячь все силы своего поджарого тела. Где-то с секунду круглым счетом ничего не происходило. Мышцы спины и плеч Бенедикта набухли и задрожали. Но затем юноша захрипел, а камень шевельнулся — немного, лишь самую малость. Бедняга Барнабус испустил новый вопль, полный агонии, но Бриджет уже тащила его за плечи из-под камня.
Там была кровь, отметила Гвен, причем совершенно ненужное, избыточное ее количество. Всего несколько недель тому назад она понятия не имела бы, что делать, но первый же долгий день их занятий по владению оружием целиком состоял из уроков обращения с травмами, подобными этой. Гвен прижала тампоном разверстую рану на ноге Барнабуса, обмотала ее полосками ткани, затянула и завязала концы. Уже не способный стонать, молодой человек задыхался от боли, пока она затягивала последний узел.
— Чтобы доставить его в безопасное место, этого будет достаточно, — с трудом переводя дыхание, одобрил Бенедикт. — Бриджет, сейчас я его подниму. Мне нужно, чтобы ты забросила его раненую ногу себе на плечо. И не давай ей опуститься, слышишь?
— Само собой.
Гром прогремел вновь, и рядом начали падать новые обломки. Где-то в вышине что-то гулко, низко затрещало, и лицо Бенедикта вмиг обрело мертвенно-бледный оттенок.
— Быстрее!
Он сгреб Барнабуса в охапку, и Бриджет немедленно закинула ногу раненого себе на плечо.
К вящей тревоге Гвен, вокруг них во все нарастающем темпе продолжали падать камни.