Сам же Нах-Нах, отведя в сторонку оставшегося незанятым Боцмана, отрастил себе шлем с усиками и попытался нащупать методику восприятия ментальных посылок. То есть Боцман «думал», то, что велено, а Федька запоминал воспринятое. Понятия светлое-тёмное и выражение подчинения он запомнил, а остальное просто не разобрал.
Во второй день визита посещали Лунёво и Никольское — оттуда прибыл грузовичок классического вида с установленными в кузове лавками для высоких гостей и сопровождающих их лиц. Собственно, первое селение оказалось наполовину занято мегакотами — большой прайд трудился на выпасе крупных стад. Нет, не так — некрупных стад очень крупных буйволов. Но самих этих стад было много. И пастбища раскинулись по влажным низинным местам вдоль течения трёх речушек, текущих от самых Виловых гор. Люди же трудились преимущественно над изготовлением тушёнки и мясных деликатесов. Забой проводили фермики, выделяя другим участникам процесса лучшую вырезку и оставляя себе практически всё остальное. Иногда, по отдельной просьбе, делились печёнкой или копытами передних ног. В общем тут явно наладилось чёткое разделение труда и его результатов.
В Никольском мужики жили лесом. Собирали всякие поганки, ловили змей для получения яда, охотились на плавающих млекопитающих ради плотного меха и какой-то там особенной железы, нужной фармацевтам. Тут обитало всего три семьи и при них примерно взвод фермиков-Солдат. Солдаты эти лазили где попало, уходя и возвращаясь группами разной численности. Считалось, что они тут что-то патрулируют. Людям эти создания часто приносили рыбу с реки или куски огромных шкур гигантских ленивцев. Просто так. Ни за что. Жители, тоже просто так, угощали «постояльцев» подсолнечными жмыхами и картошкой — и то, и другое — привозное, потому что на этих землях не растёт. Так вот тут сложилось. И, да, мелкие фермики — крысоловы — живут под домами на правах домашних любимцев.
Ни в Лунёво, ни в Никольском не только пашен — даже огородов никто не возделывает — почвы тут слишком влажные для этого — всё вымокает. В общем — настоящее захолустье, даже по меркам глубинки.
Остаток воскресного дня заняла дорога домой — на аэродром Ново-Плесецка садились уже в сумерках.
Освоению ментального обмена Федька каждый день уделял не меньше часа, уединяясь для этого в гараже вместе с Доктором Врачом. Зачем было нужно уединяться? А представьте себе, что кто-то зашёл и увидел родного пасынка со стрекозиной головой! Так что меры безопасности приходилось принимать самые тщательные. Дело продвигалось туго — видимо, действительно в человеческом мозгу нет нужного участка для подобного способа обмена информацией.
Имели место и чисто понятийные трудности. Например — фермик низшего уровня физиологически не был способен выразить несогласие со старшим товарищем, каковым являлся для доктора Федька. Отсюда — масса проблем с любыми формами отрицания. Что обидно — Нинка не разделяла Федькиных трудов. Знала о них, но сама не участвовала. И не объясняла почему.
Выводы напрашивались чёткие — с момента рождения дочери Нинка для Улья приобрела статус Дающей Жизнь — то есть стала одной из Цариц. Второй, ясное дело, Царицей, потому что других в Улье просто не было. Тысячи других женщин планеты, таким образом, членами Улья всё-таки не считались. Так Федьке подсказывала логика. И мужчины, и дети человеческого населения — тоже. Отсюда — отсутствие уверенности в том, что вековые инстинкты призовут инсектов на защиту хомо. Однако, эту задачу может выполнить приказ. И отдать его способны двое из числа людей. Нинка или Федька.
Влияния Терм на функционирование колонии… диаспоры… ну, непонятно, как назвать подобный тип организации, состоящей из «военной базы», Термитника и висящего на орбите огромного корабля… Так вот, со стороны Матери никакого влияния на ход событий не чувствовалось. Разумные всех уровней действовали в соответствии с заложенными в них от рождения программами, поддерживая связное функционирование сложного механизма Улья. Единственное, что следовало отметить — в камере рождений Термитника и в его «подрасталищах» появлялись на свет исключительно разумные особи. Первая Царица явно взяла курс на качество создаваемой ею популяции насекомых. И занималась этим лично.