— Нога затекла…
Бережно и осторожно поддерживая, Вин помог наемнице лечь рядом, нетерпеливо притянув ее к себе за плечи. Казалось, отсутствие близкого контакта хоть пару секунд привело бы их к неминуемой катастрофе. Леди не сопротивлялась, наоборот: придвинулась ближе и положила голову ему на грудь, задумчиво вычерчивая пальцем круги на его животе. Дампир повернул лицо и поцеловал ее макушку. Волосы пахли пряными травами. А сама она пахла сексом. Гормонами, страстью и им. Казалось, пропитавшись его запахом полностью. При одной мысли об этом Ирвина охватывало торжество.
— Моя, — прошептал он ей в макушку.
— Твоя, — согласилась Леди, поворачиваясь и поднимая на него глаза. Сейчас они казались темными. В них легкими бликами блуждало счастье. Неспешное, неторопливое, уверенное и основательное. — И давно твоя. Настолько, что стоило признать это раньше.
Вин замер от восторга, опасаясь поверить услышанному. Застыл, напряженно ожидая продолжения. Ожидая тех самых слов, которые мечтал от нее услышать. Мгновения таяли одно за другим, а наемница молчала, глядя на него со все той же счастливой улыбкой. Ирвин, не в силах выдержать эту тишину, притянул Леди ближе и мягко поцеловал. Она ответила на поцелуй, но потом отстранилась, с нарочитой ворчливостью протянув:
— Не спеши, пожалуйста. Я завтра не то, что стоять, ноги свести не смогу.
Вин усмехнулся и со всей серьезностью, на которую был в данный момент способен, пообещал:
— Сегодня больше к тебе не притронусь. Даже не проси.
— Ты шутишь, я надеюсь, — в притворном ужасе произнесла Леди, вызвав у него еще одну довольную улыбку. — Просто небольшая передышка.
Молчать было приятно. Единственным, что омрачало радость Ирвина, оставалось не произнесенное наемницей признание. Дампир понимал, как много значили для Леди те слова, которые она уже сказала. Понимал, что за ее «я серьезно» скрывалось куда больше, чем мог вложить любой другой человек. Понимал, что наемница, слишком хорошо осведомленная о его чувствах, не стала бы обижать его, обещая больше, чем рассчитывала дать. И, все же, ему жизненно важно было знать, что происходит там, в глубине ее души. Какой именно спектр чувств испытывает Леди к бывшему ученику. И как теперь вообще будет выглядеть их жизнь.
— Ирвин, прости меня за твой выпуск, — глухо произнесла наемница, перебив поток его мыслей, и приподнялась на локте, заглядывая в лицо ученика. — Мне не стоило так поступать. Я очень злилась на тебя.
— Из-за того, что я не позволил случиться поцелую в лесу? — понимающе отозвался дампир.
— Да. Я несколько раз пыталась с тобой поговорить о нас. Но ты все время куда-то сбегал. Я решила, что ты поступаешь так намеренно, — теперь Леди смотрела в сторону, и это было дампиру внове. Он жадно изучал выражение ее лица, пытаясь понять, что именно мешает наемнице взглянуть ему в глаза. — Тогда, в лесу, я выпила, и у меня совсем тормоза сорвало. Меня до глубины души задел твой отказ. Я и решила сжечь мосты. О том, что тебя может обидеть мой поступок, я попросту не подумала.
— Я не могу вспомнить, когда ты пыталась со мной поговорить, — сокрушенно признал Вин, крепче прижимая наемницу к себе за плечи. Словно боялся, что она сбежит. — Видимо, совсем не понял тебя.
— Ты был увлечен своими делами с девушками, — проворчала та, возвращаясь к прежней позе. — Тебе явно было не до меня.
— Леди, последняя девушка у меня была очень давно, — усмехнувшись, возразил дампир. — И те дела — совсем не то, о чем ты подумала. Я тебе обязательно расскажу. Сейчас не хочется.
— Последняя девушка у тебя была вчера, — все тем же раздраженным тоном поправила наемница. Делая упор на слово «последняя».
Ирвин засмеялся и вновь поцеловал наемницу в макушку, ощущая странную радость от проявленной ею ревности. Леди вопросительно подняла голову, всем своим видом выражая неодобрение его веселью, и дампир, так и не сумев стереть довольную улыбку, пояснил:
— Мне нравится, как ты меня ревнуешь. Это необычно. Но, в действительности, ситуация яйца выеденного не стоит. Мне негде было ночевать. Подвернулась старая знакомая. Я был зол на тебя и решил, что ты выгнала меня, утратив всяческий интерес. Ну я и…
— Не отказал себе в удовольствии? — саркастично закончила фразу наемница.
Дампир, осознав вдруг, что ей неприятно и пугающе странно ощущать себя во власти ревности, обрел серьезность и пообещал:
— Все позади. Я хочу с ней попрощаться по-человечески. Некрасиво будет просто исчезнуть. В конце концов, она меня приютила. Но свой выбор я сделал. И не намерен от него отступать.