…двигаться внезапно стало легко и свободно. Кислород рванулся в легкие, заполняя их до отказа, кровь ускорила бег, прекратив пульсировать. И я с двойной энергией рванулась в бой, утягивая мастера в водоворот быстрых выпадов. Я рассеивала ее внимание, заставляя отвлечься, растеряться, заметаться меж моих легко снующих рук, довериться жесту кисти, пропустив разворот корпуса, уйти в совершенно ненужный, рискованный сейчас блок и проиграть.
Ами выскользнула из моей ловушки, отбила меч на излете, сломав мне траекторию. Я рванула боковой удар, надеясь оттолкнуться от ее оружия и вернуть свое на нужную мне орбиту. Но в этот момент наставница вскрикнула от боли. По ее телу волной пробежала легкая судорога. Пальцы разжались, роняя клинок, а я с ужасом поняла, что не успеваю остановить свой меч. Вложив в свое движение всю силу, которая у меня только была, выкрутив кисть так, что мышцы пронзило болью, я сместила траекторию удара на несколько сантиметров, с облегчением понимая, что наставница тоже ушла ниже, чудом разминувшись с моим клинком. Но не совсем. Увы, я задела ухо. Не сильно, кончик лезвия лишь срезал полоску кожи, толщиной меньше миллиметра, и прядь волос, но Ами вновь вскрикнула, инстинктивно отвернув лицо, и рухнула на колени. Я, отбросив свое оружие, кинулась к ней, обхватила ее скулы ладонями и всмотрелась в нанесенную мной рану. Ами поморщилась, отворачивая голову, и, тяжело дыша, проговорила:
— Не волнуйся. Царапина. Лучше помоги встать.
Ее кисти тряслись. Я, не найдя иной возможности дать мастеру опору, закинула ее правую руку себе на плечо и выпрямилась. Ирвин, подоспевший мгновением позже, поддержал Ами с другой стороны.
— Прости, я, видимо, недооценила… — виновато произнесла я, с тревогой осматривая ее тело.
— Ты не при чем, — отмахнулась мастер. — Это давняя травма. Именно поэтому я перестала работать наемником. Проблемы с позвоночником. Руки иногда подводят. Спасибо, дальше я сама. Пойдем со мной. Посмотришь на себя со стороны.
— В смысле? — недоуменно нахмурилась я, силясь понять, является ли сказанное завуалированным упреком.
Ами вымученно улыбнулась мне и кивком головы указала на правый верхний угол зала:
— Камеры, ты забыла? Я запрошу видео, сможешь увидеть твой приступ лично. Хотя, я удивлена тем, что для тебя это новость.
— Почему? — удивилась я и тут же сообразила, что именно значат эти слова. — Так ты знала?!
— Леди, я тебя, без малого, двадцать лет учу, — снисходительно вздохнув, пояснила наставница. — Конечно, я знала. И знала, каким образом запустить твой «приступ». Правда, не ожидала, что тебя так легко разозлить. Со временем вы с Вином все больше походите друг на друга. И, в твоем случае, это вряд ли комплимент.
Глава 36. О заведующих и тапках.
— Повтори еще раз, пожалуйста, — тихо попросила Рика, и Вин послушно передвинул бегунок на начало.
— Это будет уже пятый, — невозмутимо уточнила Ами, убиравшая аптечку после обработки пострадавшего уха. — И я не думаю, что что-то принципиально изменится на этот раз.
Леди, притихшая и сосредоточенно что-то обдумывавшая, согласно кивнула, но, тем не менее, впилась глазами в экран. Она с неослабевающим любопытством следила за собственным телом, двигавшемся по залу с умопомрачительной скоростью.
— И давно ты знаешь? — подала голос наемница, а ее мастер ответила, не замявшись и на секунду:
— С самого начала. Наверное, следует пояснить твоим ученикам. Леди невыразимо бесила меня с момента появления ее в Академии. Правильная, чопорная, надменная. Обладающая неплохой физической подготовкой для обывателя, но недостаточной для профессионального бойца. Остальные две девочки были спортсменками, и их тела куда больше годились для нашего ремесла. Но тело можно изменить, а вот характер… Леди провоцировала конфликты в группе. За неполный месяц она умудрилась настроить против себя всех однокашников. С преподавателями девочка оставалась максимально корректной, придраться было не к чему. Зато с товарищами она предпочитала дел не иметь, относясь к ним с нескрываемой снисходительностью. В группе, и так разбалансированной наличием трех девушек, назревал разлад. И я поставила перед собой задачу выжить Леди. Разговор с руководством ничего не дал: за ненавистную мне ученицу просили, причем, как я понимаю, на достаточно высоком уровне. Либо с солидным вознаграждением. Мне было велено найти подход. Я и искала, стремясь превратить ее жизнь в ад и вынудить уйти самой.