Разрезав рукав ближайшего к нему зубастого, Вин с наслаждением впился в вену. Есть, и правда, хотелось невероятно. После того, как ему довелось испробовать крови Геральда, дампир заметил, что промежутки между вынужденным питанием, в течение которых он не чувствовал влияния «голодания» на свой организм, стали длиннее. Теперь он мог охотиться реже, правда, и голод, накатывавший после такого «воздержания», оказывался сильнее. Кровь пойманных ими зубастых даже близко не напоминала ароматный и вкусный напиток, что тек в венах Геральда. Но потребности удовлетворял. С сожалением оторвавшись от первого вампира, Вин перешел ко второму. Кровопотеря ослабила зубастых, так что, на некоторое время они были выключены из игры. К тому же, представилась отличная возможность выяснить, способны ли вампиры восполнить запасы крови с помощью регенерации, и как долго продлится этот процесс.
Закончив разбираться с зубастыми, группа еще раз тщательно обследовала площадку, на которой им пришлось сражаться, методично, едва ли не по сантиметру ощупав каменные бока окруживших их скал. Ирвин, как наиболее ловкий из всей команды, слазил наверх, обнаружив места засады напавших на них вампиров. По всему выходило, что лежали зубастые долго: на снегу остались отчетливые вмятины. Но цель столь кропотливого ожидания оказалась по-прежнему не ясна.
Раздосадованные, наемники повернули прочь. Транспортировку вампиров до машины взяли на себя Вин и Свят. Надежно связав и устроив пленников в багажниках обоих автомобилей, товарищи уже практически тронулись в путь, как вдруг Ирвин, садившийся последним, застыл.
— Что? — поинтересовалась мгновенно собравшаяся Леди.
— Тихо. Слышишь?
Мастер вышла из машины, осторожно прикрыв дверь, и прислушалась. Из второго автомобиля высунулся Свят, с немым вопросом взглянувший на замерших мастера и ученика.
— Не слышу, — с досадой произнесла наемница минуту спустя. — Что тебя насторожило?
— Тихо. Абсолютно.
— И что? — нахмурилась женщина.
— Там, впереди, деревня, мастер. Вас не обеспокоила тишина, потому что ваш слух не столь острый, с такого расстояния можно и не различить, — пояснил Ирвин, ощущая, как тревожное предчувствие захватывает душу. — А я сейчас понял, что не слышу никаких звуков. Вообще. Ни лая собак, ни кудахтанья птиц, ни людей… Тишина стоит мертвая.
— Поехали, — мгновенно сориентировалась наемница и махнула рукой сидевшему за рулем второго автомобиля брату.
Скрываться смысла не было, никакого: к селу вела единственная дорога, и они на этой белой скатерти выделялись, словно горошинки перца в сахарнице. Поэтому решено было подъехать максимально близко, сразу же развернув машины. Саня и Святоша пересели за руль, чтобы оба автомобиля могли мгновенно стартовать, в случае вынужденного бегства. Остальные же отправились на разведку в деревню.
Тишина, о которой говорил дампир, накрыла группу мгновенно. Кроме негромкого урчания моторов оставленных позади машин, безмятежного спокойствия села не нарушал ни один звук. Дымок уютно вился над крышами, к каждому крыльцу вели цепочки следов.
— Ты тоже это видишь, да? — шепотом спросил Мрак. Леди кивнула. Теперь уже Ирвин непонимающе уставился на наемников.
— Следов мало, — тихо пояснила ему наставница. — К каждому порогу подходили три, максимум, четыре раза. Когда люди живут в доме, вокруг всегда натоптано. Подходы же к сараям и вовсе заметены.
— Пошли. Все вместе, — предложил Мрак.
Они обошли все село, созерцая одну и ту же настораживавшую картину: во всех домах топились печи, сонные окна закрывали уютно задернутые шторы. Но жизни в селении не чувствовалось. В одном из дворов висело на веревке белье. Задубевшее до такой степени, что им можно было воспользоваться, как оружием. Рискнув наведаться в жилища, наемники зашли в первый от дороги дом. Единственным, что содержало хоть какой-то намек на жизнь, была печь: в ней весело потрескивали дрова, сложенные таким образом, чтобы гореть максимально долго. Несмотря на тепло, распространявшееся от беленых стенок, вошедших пробил озноб. На полу, столе, на всех горизонтальных поверхностях лежала пыль. И лишь те же цепочки следов разбивали ее ровный ковер. Ни крови, ни следов борьбы, ни каких-либо других признаков пребывания в доме людей.
Наемники вышли на улицу и, переглянувшись и жестами попросив ожидавших их в машинах коллег подождать еще немного, направились во второй дом. Картина не изменилась. Только судорожно сглотнувшая Леди наклонилась и подняла валявшуюся на полу игрушку. Мягкую набивную куклу, со следами каши вокруг нарисованных улыбающихся губ. После посещения третьего дома настроение идти дальше и вовсе пропало. Группа вернулась в машины, озадаченная донельзя.