— Фил, у меня к тебе просьба, — я постаралась сделать голос ровным и безмятежным, и, судя по всему, имела успех, так как тон моего собеседника взволнованным не казался:
— Слушаю, Леди.
— Сброшу тебе несколько фотографий. Мне нужно знать все об этих объектах. По возможности, срочно. Три дня, большим не располагаю.
— Люблю интересные задачи, — хмыкнул Фил. — Ставку ты знаешь.
Я прервала звонок, не прощаясь. Риск, которому мне пришлось подвергнуть и себя, и товарищей, был довольно высок. Но иного выхода не было, и я изрядно нервничала, пытаясь понять, стоила ли игра свеч.
Информацию Фил прислал через двое суток. К сожалению, разнообразием деталей она не изобиловала. Не удалось выяснить почти ничего: ни возраста, ни контактов с иными вампирами, ни рода занятий, если он у моей троицы вообще имелся, кроме охоты на беспечных фанатов популярного певца. Даже их выходы в свет подозрительными не выглядели: творчество Готека воплощало довольно мрачную стилистику, затрагивая тему жизни, смерти и различных их разновидностей. Вампиры так и просились в созданную им атмосферу. Еще бы парочку живых мертвецов, и можно собирать стадионы. Тем не менее, для меня ситуацию полученные знания ничуть не упрощали.
Единственным, что несколько скрашивало общий настрой, была скудная информация о том, что вампиров часто видели в пределах небольшого квадрата, близ расположенного под Гроженом коттеджного поселка. Но выяснить что-либо подробнее мы не смогли. Можно было смело предположить, что место обитания троицы находится именно там, но без точных координат планировать атаку я не могла. Надежда взять зубастых тепленькими, где-нибудь подальше от скопления человеческих масс, желательно, в их собственном логове, таяла, как оставленное в тепле мороженое. Чуть скрасило мое огорчение известие о том, что грядущий концерт Готека пройдет в шикарном загородном клубе, находящемся в каких-то двух километрах от коттеджного поселка. Шансы отработать тихо и мирно несколько возросли: представить себе нечто худшее, чем убийство объектов на заполненных людьми улицах вечернего Грожена, я вряд ли бы смогла. А выслеживать цели в попытках обеспечить себе сносные обстоятельства, было небезопасно: оставался шанс попросту потерять зубастых на людных и извилистых маршрутах города.
Идея снять их во время концерта, разумеется, тоже была пристально нами рассмотрена. Но такой масштаб стоил иных денег. А Готек достаточно четко дал понять, какую максимальную сумму готов потратить. Учитывая, что сам его порыв был практически альтруизмом, заказчика можно было понять. Оставалось ждать наших зубастых на выходе, чтобы убрать их вне стен клуба.
Мрак, с которым я поделилась своими мыслями относительно предстоящего дела, настойчиво навязывался мне в пару. Я и сама понимала, что подстраховка лишней не будет, но что-то держало меня, не позволяя принять бескорыстно предложенную помощь. В итоге, мы сошлись на том, что брат будет ожидать сигнала в заранее оговоренном месте, и подключится, коль в том возникнет необходимость.
Беата вновь проявила неуемную активность, умоляя меня взять ее на заказ. Подробности мы обсуждали при ней: риска в том, что ученица нас слушает, я не видела. К тому же, присутствие при планировании настоящего дела — тоже неплохой вид обучения. В целом, я была не против дать ей возможность попрактиковаться: работа не представлялась бы излишне трудной, если б не отчаянный недостаток информации и не вполне ясные условия. Решительно отказав ученице, я, все же, скрасила горькую пилюлю, позволив ей впервые посетить отчий дом. Беата скучала, и ее тоска ощущалась в каждом действии. Да и мне хотелось немного подстегнуть обстоятельства: вероятность, что Бета попытается связаться со своим кавалером, оказавшись в родных стенах, была высока. Проинструктировав Агату, я отправила с ней счастливую ученицу.
Безрадостное ожидание у ворот искрящегося неоновыми огнями клуба, бесспорно, скрашивали два факта. Первый: Готек позаботился, чтобы выход из здания остался ровно один. Безусловно, это существенно осложняло жизнь организаторам концерта, но мой заказчик обеспечил развлекательную программу как на входе, так и на выходе, и администрации пришлось согласиться. Разумеется, полностью перекрыть остальные ходы он не мог требовать: препятствием являлась пожарная безопасность, но их контролировала охрана, а к частоте, на которой они вели переговоры, у меня был доступ. Их сообщения потревожили нас с учеником дважды: первый раз пришлось пропустить группу людей. Девушке стало плохо от духоты и давки, и товарищи спешили вывести ее на воздух. И, уже под самый конец концерта, в один из второстепенных коридоров забрела парочка подвыпивших юнцов, видимо, в поиске уединенного места. Оба раза Вин прогулялся на разведку, пользуясь своей «невидимостью» для вампиров.