— Здесь никого нет, — твёрдо сказал я, глядя на Элину.
Она нахмурилась, но спустя несколько мгновений кивнула, словно принимая мои слова. Всё же напряжение в её плечах постепенно спало.
Крепость, несмотря на свой пугающий вид, оказалась пустой. Это было даже к лучшему — у нас не было времени на нежелательные столкновения.
Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в багряные оттенки. День подходил к концу, и нам нужно было хорошенько поужинать, прежде чем возвращаться в стаю.
— Нам стоит перекусить, — сказал я, посмотрев на Элину. — Ты, наверное, голодна.
Она кивнула, и я отправился за дичью. Через несколько минут мне удалось добыть пару зайцев, и вскоре над небольшим костром уже жарилось мясо.
Элина сидела напротив меня, протягивая руки к теплу. Её лицо расслабилось, хотя в глазах всё ещё читались тени недавних событий.
— Завтра мы вернёмся в стаю, — сказал я, глядя на неё.
Она подняла голову и кивнула.
— Надеюсь, что с ними всё в порядке…
Я сжал челюсти. Мне тоже этого хотелось. Но что-то в груди скребло тревогой, как будто надвигающаяся буря.
После ужина сон никак не приходил. Я лежал в нашем небольшом убежище в одной из спокойных частей крепости, но мои мысли блуждали где-то далеко. Элина была рядом, её глаза искали мой взгляд, и я понимал, что она пыталась понять то, о чем молчал я всё это время.
Наконец, она спросила:
— А зачем мы так долго сюда шли одни? Чтобы просто увидеть это место и вернуться обратно?
Я слегка цыркнул, пытаясь уловить в её голосе нотки тревоги. Моё лицо оставалось твердым, хотя внутри я хранил целый океан мыслей и сомнений.
— Что тут непонятного? — произнёс я холодно, почти с издёвкой. — Это же развалины, Элина. Здесь давно никто не был, или, может быть, те, кто пытались захватить это место, уже ушли. Мы прошли этот путь не зря.
В её голосе я услышал тихий вопрос, и я продолжил:
— Послушай, я проверил всё вокруг. Никаких следов присутствия кого-либо. Эти стены — память о прошлом. Мы здесь для того, чтобы дать нашей стае возможность обрести лучшее место для жизни. Когда-нибудь мы восстановим это место, и оно станет домом для наших, местом, где мы будем в безопасности.
— Но почему мы не можем просто напасть на тех, кто нас преследует?
Я встряхнул головой, и голос мой стал твёрже:
— Нас мало, Элина. Есть слабые оборотни, не способные к настоящей борьбе. Я не могу рисковать жизнями. Мы должны действовать обдуманно.
Она тихо вздохнула.
— Девирос, а что ты знаешь об этой крепости?
— Говорят, что когда-то здесь жили Стражи Равновесия — древние оборотни, которые умели поддерживать гармонию между силами природы и дикой стихией. Они охраняли эту землю от хаоса, пока не пришли иные времена, и крепость была оставлена.
Элина польностью повернулась ко мне, в её глазах сверкал неподдельный интерес.
— А если крепость была оставлена, почему её не захватили? — спросила она, нахмурив брови.
Я тихо вздохнул. Она и правда не умеет остановиться, когда ей что-то интересно.
— Элина, слишком много вопросов, — ответил я, переведя на неё усталый взгляд. — Теперь пора отдыхать.
Сейчас не было смысла в долгих разговорах.
Она тихо произнесла:
— Ну, ладно! Завтра всё у тебя расспрошу.
Я посмотрел на неё с мягкой улыбкой, смотря как она засыпает.
Вскоре я поднялся, оставив её и направился к разрушенным коридорам, невольно думая о том, что мне предстоит сделать.
Я снова вспомнил слова Элины, её вопросы, её упрямство и нежность. Они делали меня сильнее, заставляли думать о том, что я не могу потерпеть ни малейшей ошибки.
В этой ночи я должен был продолжать охранять нас от незванных гостей, оберегая Элину.
Глава 22. Вгляд в безну
Элина
Я слышала, как шаги Девироса растворяются в ночи, оставляя меня наедине со своими мыслями. Сколько бы я ни закрывала глаза, сон не приходил. Внутри глухо пульсировало беспокойство, странное чувство, которое невозможно было объяснить. Я перевернулась на другой бок, стараясь не поддаваться панике.
Дар. Где он? Почему, когда он так нужен, я ничего не чувствую? Оберон говорил, что он проявится, когда придёт время.
Но прошло уже столько дней, а я всё ещё была слепа. Всё, что оставалось, — это неприятное ощущение, будто что-то надвигается, что-то тёмное и страшное.
Я пролежала так долго, пока усталость всё же не взяла верх. Тревога всё ещё цеплялась за меня, но разум медленно погружался в сон.