— Да, — ответил я.
— Дрожь, холод, вода…
Я ощутил, как по моей коже прошлись мурашки. Нейроинтерфейс начал передавать сигналы моему телу, заставляя испытывать те или иные ощущения.
— Тепло, жар, нагрузка, напряжение…
Мои мышцы сокращались и расслаблялись, я буквально ощущал каждую из них.
— Ощущения, цвет, запах, вкус…
Нейроинтерфейс, проводя тест, заставлял меня испытывать целую палитру чувств, ощущать одновременно тысячи запахов, осязать то, что раньше не приходилось.
— Легкость, невесомость, полет…
Я словно бы покинул свое тело, не чувствовал его.
— Синхронизация…5 %…32 %…54 %…
Тяжесть навалилась, как обычно, совершенно неожиданно. Она росла, захватывала меня.
— 73 %…86 %…97 %… Полная синхронизация достигнута.
Теперь я ощущал не только свое тело, но и робота. Вся многотонная махина стала частью меня, я чувствовал каждый узел, каждую пневмомышцу, ощущал орудия, знал, сколько выстрелов к каждому из них у меня есть.
— Провести калибровку! — приказал голос.
Я послушно заставил поднять себя руку, схватится за один из рычагов управления. При этом конечности робота даже не шевельнулись.
— Реверсные эхо-отклики не обнаружены, — констатировал голос, — продолжить калибровку!
Теперь я поднял правую руку робота, согнул и разогнул механические пальцы, перевернул железную кисть, заставляя ее «перестроиться» в ударный штырь.
— Реверсные эхо-отклики не обнаружены, — констатировал голос, — снимаю блокировку.
С шипением металлические прутья, удерживающие мою машину в сервисном коконе, ушли вглубь своих пазов, освобождая робота, и я заставил тяжелую машину сделать шаг вперед.
Один… другой…
— Система функционирует нормально. Тестовая программа завершена, — заявил голос.
Ну все, теперь я предоставлен сам себе.
Вся эта проверка, конечно, отнимает кучу времени. Но с другой стороны, синхронизация с роботом намного выше. По сравнению с тем, чем я управлял в империи, это небо и земля. Здесь любое мое действие, даже малейшее, роботом повторялось, причем быстро и точно, что, как я уже не раз успел убедиться в бою, давало огромное преимущество.
— Ну что, пошли! — буркнул я, подбадривая сам себя.
Хоть это был далеко не первый мой бой в качестве наемника, я чувствовал волнение. Я знал, что противник вряд ли будет серьезным, что проблем как таковых быть не должно и мы легко справимся с заданием, но все равно нервничал. Это нормально, это для меня норма. Видимо, после того злополучного поединка за титул графа…
— Посадка через сорок секунд! — послышался в наушниках голос Этана Грифа — моего друга детства и пилота нашего корабля. — Готовы?
— Не задавай глупых вопросов, Гриф! — проворчал Серый.
— А какие тебе еще задавать? — отпустил свою очередную шутку Маркус.
— Шутник! Ты выходишь первым и держишь точку высадки! — меж тем заявил старик.
— Все будет, — весело откликнулся Маркус.
— Глядите в оба! — приказал Артус. В последнем сражении ему здорово досталось и сегодня он был вне игры.
— Да чего ты начинаешь? — спросил его Маркус. — Противника поблизости ведь нет…
— Не «нет», а не должно быть, — поправил его Артус.
— Вот ведь зануда… — буркнул Маркус. — Лорд! Ваше высочество готов?
— Готов! И я больше не лорд, — буркнул я.
Как же Маркус задолбал меня этим обращением! Сколько раз просил так не говорить, а он будто и не слышит.
— Ну почему же сразу… — начал было Маркус.
Он явно был настроен побалагурить, что, как я заметил, у него всегда бывает перед боем. Но в этот раз он не успел.
— Касание! — рявкнул Гриф.
Практически сразу же с этим аппарель откинулась, внутрь трюма хлынул холодный дневной свет Аголимы — пустынной планеты, на которой было всего несколько шахтерских поселений, одно из которых мы и должны были отбить из лап налетчиков.
— Вперед! — приказал Серый, и Маркус направил свою машину на выход.
Его двадцатипятитонный «Козерог», грохоча ступнями по палубе, добрался до уже опустившейся аппарели, вышел наружу.
Еще на ходу он опустил орудия, расположенные на спине робота, в боевое положение, выставил их вперед, что придавало машине сходство с каким-то рогатым животным, от чего, видимо, у робота и появилось такое прозвище.
— Чисто! — доложил Маркус.
Следом за «Козерогом» на выход пошагали и мы с Серым.