Пятого июля в 14 час. 30 мин. застарелая рана на ноге полковника Ягера вдруг дала о себе знать. Высунувшись из орудийной башни огромной «Пантеры», Ягер командовал подразделением бронетанковой дивизии 4-й Армии генерала Мозеля, которой предстояло нанести удар по основанию русского «пальца» и соединиться с 9-й Армией генерала Гота, наступавшей на юге. Совместными усилиями эти две армии должны были ампутировать «палец» и окружить один миллион вражеских солдат.
День выдался жаркий и влажный, Ягер посмотрел на часы и перевел взгляд на бесконечную вереницу танков, приготовившихся к бою. Рана обычно беспокоила Ягера перед началом большого наступления. Скосив глаза на соседнюю «Пантеру», Ягер заметил, что Шмидт утирает со лба пот.
— Через полчаса будет действительно жарко! — весело крикнул ему Ягер. — Вот уж когда придется попотеть!
С другой орудийной башни послышался взрыв хохота. Ягер был из тех командиров, кто умел веселой шуткой разрядить любое напряжение.
— Полковник! — прокричал в ответ Шмидт. — А ваш пот отличается от нашего! Когда придет время, из ваших пор будет сочиться пиво!
Солдаты опять захохотали. Ягер, упрямый офицер прусского образца, всегда был непрочь переброситься шуточками с подчиненными, независимо от их ранга. Ровно в три часа Ягер отдал приказ по внутренней связи:
— Вперед! И не останавливайся, пока не увидишь перед собой зрачки генерала Гота!
Исполинские танки двинулись на юг, лязгая огромными гусеницами. Послышался грохот тяжелой артиллерии, которая открыла непрерывный заградительный огонь. Перед «Пантерой» Ягера, шедшей во главе грандиозной танковой колонны, расстилалась бескрайняя тоскливая русская степь. Не обращая внимания на разрывы снарядов, уродовавшие выжженную солнцем землю, Ягер ехал вперед на своем танке. На юг — все время на юг — пока он не встретится с генералом Готом. А тогда огромные клещи сомкнутся, и Красная Армия окажется в ловушке.
В общей сложности в тот душный июльский день под командованием фельдмаршала фон Клюге находилось примерно полмиллиона немецких солдат. Ему подчинялись семнадцать танковых дивизий, оснащенных чудовищными «Тиграми» и «Пантерами» и огромным количеством самоходных орудий, а сзади шла моторизованная пехота. Никогда еще немцы Не бросали столько сил на одну-единственную цель. «ЦИТАДЕЛЬ»…
Атака, намеченная на три часа дня, должна была захватить врасплох неприятеля, привыкшего к тому, что немцы идут в наступление на рассвете. Расчет был на то, что Жуков не успеет и глазом моргнуть, а уже окажется в окружении.
Вдобавок 2-я Армия, включающая в себя шесть танковых и две пехотные дивизии, должна была ударить по кончику «большого пальца» и отвлечь внимание советских войск от места основного сражения.
Однако полковник Ягер увидел советские танки раньше, чем ожидал: два Т-34 ехали к нему, держась примерно в ста метрах друг от друга. Нормальный командир приказал бы в подобной ситуации снизить скорость и, лишь подождав подкрепления, кинулся бы на врага. Но Ягер не был «нормальным» командиром.
— Быстрее вперед! — приказал он.
Как и предполагал полковник, на него нацелились громадные стволы пушек, похожих на телеграфные столбы. Однако русские наводили слишком медленно, ибо меньше всего ожидали, что «Пантера» помчится на них как оголтелая и проскочит между ними в щель в каких-нибудь пятидесяти метрах.
Пушки русских танков пришли в движение, целясь в самое уязвимое место «Пантеры» Ягера. Но полковник рассчитал правильно. За секунду до вражеского выстрела он опять приказал:
— Шпарь в том же направлении! Выкладывайся, не жалей сил. Мчись как угорелый!
«Пантера» рванулась вперед, танкист жал изо всех сил. Пушки Т-34 не поспевали за танком Ягера. Полковник был уже на полпути к цели, когда советские командиры осознали, что безумец пытается проскочить между ними.
Они скомандовали наводчикам развернуть пушки на 90°. Орудия начали поворачиваться… А Ягер стремительно несся вперед. Советские командиры отдали приказ одновременно:
— Огонь!..
Но Ягер уже успел проскочить. Орудия танков Т-34 оказались направленными друг на друга. Просвистев на волосок один от другого, снаряды поразили цель. Ягер оглянулся и увидел, что танки загорелись; из орудийных башен вырывались языки пламени. Он же пока еще не сделал ни единого выстрела.
— Двигайся в том же направлении…
Раньше, когда русские танки еще только приближались к нему, полковник успел заметить, что они сперва шли друг за другом, а потом разделились, чтобы уменьшить вероятность поражения. Ягер отчетливо видел отпечатки их гусениц и направил свою «Пантеру» по следам советских танков.