— Пока что я сделал все, что мог. Харрингтон в любой момент может ко мне зайти, так что, пожалуйста, выслушайте меня. Я не в состоянии гарантировать, что мне удастся остановиться в отеле «Шарон». Вполне вероятно, что пройдет очень мало времени между тем, как я узнаю о прилете Линдсея, самим его появлением и нашим совместным вылетом…
— Я же сказал: мне нужно два дня.
Влацек, казалось, не слушал. В левой руке он держал маленькую зеленую чашечку с турецким кофе, в правой — одну из своих вонючих сигар. Он то отхлебывал кофе, то затягивался сигарой и стоял, вперив вдаль свои карие, стеклянные глаза.
— Я постараюсь.
— Мне совершенно необходимо два дня.
Уэлби не ответил. Демонстративно наморщив нос, он дал понять, что ему не нравится запах сигар. Но на Влацека это не произвело впечатления. Уэлби заметил, что Влацек вообще не тратил сил зря. Тогда Уэлби решил перейти в наступление и поскорее закончить эту встречу.
— Вы считаете, что доберетесь до Лидды вовремя? Учтите, я вылетаю сегодня.
— Ну разумеется…
— Тогда хорошо. Я должен возвращаться к себе. Но вообще-то я не в восторге от того, что нам придется снова встретиться в одном отеле.
— Я — очень желанный гость в Каире…
— Но только не в компании со мной. Ладно, мне пора…
— Учтите: два дня, мистер Стэндиш…
Уэлби вышел из номера, соблюдая те же меры предосторожности, что и накануне. Быстро пройдя по коридору, он завернул за угол к своей комнате и был неприятно поражен. Возле его дверей стоял Харрингтон, он как раз занес руку, чтобы постучаться.
— Ах, вот вы где… — Майор предусмотрительно не назвал его по имени, ожидая, пока Уэлби вставит ключ в замочную скважину, откроет дверь и пригласит его войти. Когда Уэлби затворил дверь, Харрингтон принюхался и скорчил гримасу.
— Запах дешевых сигар… вернее сказать, вонь. Вы попали в дурную компанию. Не так ли?
— Внизу, в холле, витают самые разнообразные восточные запахи…
Этот шутливый, а на самом деле опасливый обмен репликами насторожил Уэлби.
Харрингтон был докой по части допросов. Уэлби знал этот стиль. Якобы небрежный вопрос, повисающий в воздухе. А затем — молчание, в результате чего подозреваемого так и подмывает что-нибудь ответить.
— Садитесь, — предложил Уэлби. — Не хотите ли кофе? Или чего-нибудь покрепче?
Харрингтон выбрал стул с жесткой спинкой, стоявший возле стола, накрытого толстым стеклом; Уэлби волей-неволей вынужден был усесться на другой стул, так что они оказались лицом к лицу. Словно на допросе.
— Нет, благодарю, — дружелюбно откликнулся Харрингтон. — Солнце только взошло. До двенадцати я не пью… так сказать, пока не настанет мой час… Ваш час, кстати, уже настал…
Харрингтон выдержал паузу, глядя, как Уэлби медленно опускается на стул напротив него. В его словах было что-то зловещее. Неужели Харрингтон узнал о Владыке? Действительно ли коротышка такой уж «желанный гость» в Каире? Уэлби усилием воли подавил беспокойство. Первоклассный следователь обычно дожидается, когда Допрашиваемый уже не сможет совладать со своими страхами. Уэлби не произносил в ответ ни слова.
— Вылет из Гелиотропина в полдень, — небрежно продолжал Харрингтон. — Самолет отправляется в Лидду. Я договорился с янки. Я вас туда подвезу и покажу вам, куда идти. Все остальное зависит от вас. По «легенде» вы мой приятель, вам дали отпуск по состоянию здоровья. Вы переутомились, работая сверхурочно. Вы и в самом деле выглядите неважно. Вас угнетает… ну, я имею в виду бремя ответственности?
— Я справлюсь. А в чем состоит моя работа? Янки ведь такие общительные…
— Вы — администратор, — быстро ответил Харрингтон. — Занимаетесь общими вопросами. Это объяснит все. Вам главное — добраться до места. Никто вами не заинтересуется. Когда я пришел, вы были в холле?
«Да, дьявольская техника… — подумал Уэлби. — Как раз когда ты думаешь, что он от тебя отстал, Харрингтон снова набрасывается на тебя, словно овод. Может, стоит выйти из себя? Нет, пожалуй, не нужно».
Уэлби потянулся и подавил зевок.
— Мы что, будем тут сидеть до полудня? — поинтересовался он.
— Вы — да, черт побери! После нашей вчерашней встречи я сбился с ног, улаживая все трудности. Мой главный информатор связывает похищение трех автоматов «стен» и тридцати обойм со склада в Тель-эль-эль-Киберес готовящимся покушением на Линдсея…
Уэлби вздрогнул. Он решил себе это позволить. Собеседник не сводил глаз с его лица. Лицо же и голос Харрингтона стали абсолютно бесстрастными, непроницаемыми.