Он стукнул кулаком по столу. Похлебка выплеснулась из тарелки, хотя она была прикрыта крышкой.
— Вот, вы мне весь обед испортили! — взвизгнул фюрер. — Мне нужны результаты! Мне нужен Линдсей!
— Я сейчас же пойду к радистам и свяжусь с полковником Ягером…
— Надеюсь, вы успеете вернуться к тому времени, как я разделаюсь с остатками моего обеда?
— Можно попросить принести еще тарелку…
— Идите, Борман! Ступайте!
По пути в службу связи Борман повстречал Йодля, который как раз зашел в Секретную Зону А, предъявив специальный пропуск, выданный Гиммлером, Йодль мрачно обвел рукой двор.
— Эта толкотня на маленьком пятачке нас доконает…
— А где вы были, мой дорогой друг? — небрежно спросил Борман.
— В лес ходил… прогуляться и подумать….
— Ну, вы, я вижу, не одиноки…
В дверях пропускного пункта показался Кейтель. Он был в шинели, шея, как у Йодля, повязана шарфом, на сапоги налип снег. Держась по своему обыкновению отстраненно, Кейтель в знак приветствия поднял свой жезл и медленно, размеренным шагом пошел к своему домику; причем явно шел не туда, куда собирался, лишь бы не идти вместе с Борманом и Йодлем.
— Кейтель тоже ходил на прогулку, — заметил Йодль.
— Да, и, должно быть, забрел далеко. Вы заметили, какие у него сапоги?
— Значит, ему тоже охота отрешиться от всего этого… А вы, по-моему, чем-то раздосадованы, Борман? — поддразнил рейхслейтера Йодль. — Что, неприятности с фюрером?
Высокий начальник штаба скрестил руки на груди.
— Вам не мешало бы делать зарядку, — с язвительной улыбкой произнес он. — А то это потом аукнется.
— Какие у меня могут быть неприятности с фюрером? Бог с вами! И я, между прочим, уже прогулялся сегодня утром….
— Знаю, я вас видел из окна.
Йодль поглядел вслед толстому коротышке Борману, который торопливо засеменил прочь по заснеженному двору. Передернув плечами, генерал похлопал в ладоши, чтобы согреть озябшие руки.
— Проклятый холуй…
А в лесной чаще радиопередатчик Дятла по-прежнему лежал в тайнике. Утром, передав очередное донесение, руки в перчатках как следует утрамбовали снег, которым предусмотрительно засыпали спрятанную рацию.
— Полковник Ягер только что позвонил по прямому телефону из Загреба…
Забежав в пункт связи, запыхавшийся Борман плюхнулся широкой задницей на стул. Даже не сказав «спасибо», он выхватил у дежурного офицера трубку и кивком указал ему на дверь. Дескать, убирайся, оставь меня одного…
— Борман слушает… Я как раз собирался вам звонить… Фюрер…
— Будьте любезны, выслушайте меня. Я очень спешу…
Глубокий, звучный голос Ягера оборвал рейхслейтера на полуслове. Полковник говорил сейчас с Борманом, словно с солдатами в казарме. Свора бездельников, окопавшихся в ставке, наконец вывела его из терпения. Черт побери, они имеют хоть какое-нибудь представление о том, что творится в мире?
— Я звоню для того, чтобы вы передали фюреру: мы загнали в угол партизанский отряд, в котором скрывается Линдсей. Недавно они в очередной раз ускользнули от нас после кровопролитного сражения, в котором мы понесли колоссальные потери. Теперь я намерен атаковать их с воздуха и высадить парашютный десант. В этом будет элемент неожиданности, которого нам раньше недоставало. Свяжите меня с фюрером, и я доложу ему обстановку.
— Пока что и я вас прекрасно понимаю…
— Пока что… Господи, но я ведь максимально точно описал вам сложившуюся ситуацию! Больше мне нечего добавить.
— А когда начнется операция?
— Мы еще не решили. Все будет зависеть от погодных условий.
— А Линдсей точно находится в этом партизанском отряде?
— Вы меня что, не слушали? Или у вас с памятью плохо? Я же сказал: «Партизанский отряд, в котором скрывается Линдсей».
Ягер окончательно потерял самообладание. Стоявший рядом Шмидт не на шутку переполошился и погрозил ему пальцем. Полковник замахнулся на него трубкой, словно дубиной, но тут же улыбнулся и подмигнул.
— Что вы сказали? — рявкнул он в трубку.
— Когда ждать от вас новостей? — повторил Борман.
— Когда они будут.
Ягер швырнул трубку и подошел к окну; комната располагалась на первом этаже старинного каменного особняка в окрестностях Загреба. Шел негустой снег, белые хлопья тихо кружились в воздухе.
— Что на сей раз предсказывают наши великие метеорологи?
— В ближайшие сутки погода резко улучшится. Завтра будет безоблачный день. Никаких снегопадов не предвидится. Интересно, что метеорологи предсказывают это совершенно определенно, — ответил Шмидт.