Я активировал артефакт связи и набрал Салине.
— Сын? — раздался усталый голос магистра.
— Нудно встретиться. Втроем. Вы, я и Герцог. Как можно скорее.
Я пришёл во дворец Герцога ближе к закату, когда серые тучи уже подбирались к шпилям и окна начинали светиться ровным жёлтым светом.
Меня проводили в знакомый зал с высоким сводом и витражами, на которых багровый свет заката застревал, будто кровь в трещинах. За длинным столом уже сидели двое.
— Страж Ром, — произнёс Варейн, когда я вошёл. — У вас есть то, что, как вы уверяли, нам жизненно необходимо.
— Даже больше, — сказал я и положил кристалл на стол. — Но предупреждаю: аппетит испортит.
Я воткнул кристалл памяти в считыватель на столе, коснулся руны, и над кристаллом вспыхнула проекция. Сухие строки, графики, схемы. Подписи ответственных, печати, отчёты, досье на «материалы», сведения о тайных поставках Ноктиума. И отдельная ветка — проекты по смешению склонностей.
Я обрушил всю информацию на них и замолчал, позволив словам и цифрам говорить за меня.
Первым не выдержал Герцог. Его лицо побелело, и даже рука дрогнула, когда он ударил кулаком по столу. Впервые на моей памяти Варейн вышел из себя настолько очевидно.
— Старый ублюдок, — выдохнул он. — Превратил соклановцев в подопытных крыс…
Салине холодно усмехнулась.
— А вы сомневались? Я говорила: слишком много нитей уходит в тень, причем и к нашему клану. Но теперь у нас есть документальное подтверждение. Как ты всё это вытащил, Ром?
Я криво улыбнулся.
— Этот источник хотел бы остаться анонимным. Но источник надёжный, уж поверьте. Этот человек рисковал жизнью, чтобы добыть сведения, и до сих пор находится в опасности.
Салине покачала головой, не отводя взгляда от проекции, словно никак не могла уложить в голове всё прочитанное.
— Да уж… Это смелее всех моих ожиданий.
Герцог тут же принялся копировать данные на свои носители.
— Эксперименты ставились не только на Ноктианцах и моей крови, — добавил я. — Обратите внимание на проект по скрещиванию склонностей. В ход шли люди. Пламенница Фритта Артан — мать Лии Артан — тоже.
Варейн резко поднял голову. Он ещё не добрался до списка имён, и я немного предвосхитил события.
— Что⁈
— Форт Белый Утёс. Там была лаборатория. Но эксперимент пошёл не так. Фритта взорвала свою Искру. Записи сохранились. — Я коснулся другого кристалла и сдвинул его чуть в сторону. — Я сделал копию. Для Лии.
Салине впервые за долгое время отвела взгляд. На её лице мелькнула едва заметная тень сожаления.
— И ты собираешься ей это показать? — спросила она тихо. — Уверен? Девчонка и так натерпелась…
— А как иначе? — ответил я. — Она ищет правду и не успокоится, пока не найдёт. Лучше горькая истина, чем тяжесть неизвестности.
Повисла пауза. Герцог встал, прошёлся вдоль стола, потом резко остановился.
— Мой предшественник — среди инициаторов. А теперь я расхлёбываю их дерьмо.
— Не только вы, почтенный, — ответил я. — Я тоже.
Я положил руки на стол и сказал спокойно, но твёрдо:
— У нас есть выход. Берём всех кураторов проекта под стражу. Предаём эти сведения огласке в Совете. Как только скандал выйдет на поверхность, замять его станет невозможно. А потом меняем законы. Кланы пусть занимаются своим ремеслом, но принадлежность к клану не должна зависеть от склонности. Человек должен сам выбирать, где служить. Собственно, это то, чего я добиваюсь.
Салине посмотрела на меня долгим взглядом, словно пыталась решить — сошёл я с ума или наконец вырос.
— Ты предлагаешь перевернуть весь порядок, — произнесла она.
— Я предлагаю не дать ему окончательно сгнить, — поправил я. — Виррен и её коллеги правы в одном — если ничего не сделать, то наши склонности выродятся. Однако для этого не обязательно проводить лабораторные скрещивания. Дайте людям понять, что им не обязательно выбирать между долгом и чувствами — и магия будет спасена.
Герцог остановился напротив меня, глаза сверкнули.
— Согласен. Но сначала — нужно схватить всех, кто был причастен, пока они не уничтожили следы. Такая утечка данных не останется незамеченной, и они примут меры.
— Вот мы и подошли к второму вопросу на повестке, — улыбнулся я. — Мне нужна помощь, чтобы украсть у Солнцерождённых их принцессу. Циллию Альтен.
Салине нахмурилась.
— Дочь лорда Альтена⁈ Так это она добыла эти сведения?
— Именно. Она важный свидетель. Без неё всё это можно будет назвать подделкой. А если Доминус или Альтен узнают, что она видела документы, её ждёт… сами знаете что.