- С возвращением, Добрыня, - Мудромир пожал по размеру напоминающую лопату руку богатыря.
Лицо Добрыни расплылось в улыбке.
- Велиградцы здесь для усиления дикарских сил, иначе быть не может, - объявил князь. - На какую помощь от Совета Князей я могу рассчитывать?
- Ты сам боролся за единоличное владение Дикими Землями, - Милана довольно заулыбалась, - и договор уже заключён. Помощь будет стоить новых денег.
- Если я потеряю юг Диких Земель, все будут в убытке, - Радонеж понял, что Совет Князей решил заработать на его безвыходном положении и от того кипел внутри, снаружи сохраняя хладнокровность статуи.
- Если ты пошлёшь меня к Совету с этим, то уверяю тебя, я вернусь, чтобы предложить тебе цену нашей помощи. Если ты сразу скажешь, сколько готов заплатить, договоры пройдут гораздо быстрее, - Милана скрестила руки на груди.
- У нас хватит сил, князь, - из-за трона снова появилась голова Немира, - прикажи Драгомиру вести сюда своё войско через Змеиный Коридор. С ним мы запросто дойдём до Долруша, прикроем переправу через Гаруш для южных пограничных частей и объединимся с ними. Нас станет пять тысяч - немногим меньше, чем дикарей на пути к Великому Болоту. С нашим опытом и вооружением победа обеспечена.
- Драгомир держит Волчью долину, - справа от князя заговорил не уступающий боярину Немиру в полноте и крепости воевода, - её оставлять нельзя. Не говоря уже о южной границе.
- Богослав Святоозёрский даже пёрнуть боится без указки волхвов. Думаешь, он ни с того ни с сего ринется на Златоград?
- Радонеж, численность твоей армии в Диких Землях и так превышает уговорённое количество. Пятитысячное войско я от Совета скрывать не стану, - Милана провела по чёрным, еле достающим плеч волосам ладонью.
- Совету придётся дать нам помощь, - снова заговорил Мудромир, заставив остальных затихнуть. – Диковед пропал, должно быть убит. Племена юга объединяются. Мы можем потерять всё.
Волнение в палатке подкрепилось смачными ругательствами, как правило, не имеющими определённой цели, но многие адресовались дикарям, которые почему-то не желают отдавать свои земли, и Мудромиру как яркому представителю дикарского народа, чья глупая затея, как и ожидалось, дала трещину.
- Этого следовало ожидать, - одну из приличных форм этих ругательств озвучил Немир. - Теперь нам нужен быстрый и мощный удар, пока дикари ещё раздроблены.
- Ни Совет, ни волхвы не одобрят такой ход, Радонеж, - напомнила Милана, - здесь ты миротворец.
Радонеж ударом кулака по ручке кресла оборвал все звуки в палатке и, задумавшись, уставился на Мудромира.
- Ты сверлишь меня своими проклятыми разноцветными глазами так, что мне, ей-богу, хочется вскочить и дать дёру, - Радонеж вытянул ноги и облокотился на спинку трона. – Вкладывай уже, что задумал.
- Ещё есть шанс взять южные Дикие Земли малой кровью, - продолжил Мудромир, – но нужно время. Дней десять до объединения силы племён в единую армию у нас есть. За это время я найду агентов Диковеда, чтобы помочь завершить им операцию, и отыщу тех, кто объединяет племена, чтобы им помешать.
- Добро, - поразмыслив, ответил князь. – Я даю тебе семь дней и отряд Волконрава, используй их как пожелаешь.
Словно повторяя за волхвом, вековой дуб, кряхтя старым стволом и ворча шелестом кроны, клонился в молитве заходящему Солнцу. Помогающий дубу ветер раздувал у его подножья костер, который сливался с вечерним небом яркими красками пламени и, потрескивая, сыпал гроздьями искр.
После очередного поклона Солнцу волхв Буревлад выпрямил спину, открыл глаза и посмотрел на небо. Увидев там первые три звезды, образующих небольшой аккуратный треугольник, подобрал с земли украшенный вырезкой деревянный посох и, опершись на него, встал с колен.
- Здравствуйте, - у костра под дубом сидел мокрый пахнущий тиной Волконрав, он отломленной веткой очищал пластины своего лежащего на коленях зерцала. - Кровяница, чёрт бы её побрал. Не думал я, что есть на свете ещё такие глухие места, где она до сих пор растёт, – разведчик жаловался на растение, чьи споры придавали грязи на зерцале бордовый оттенок.
– И Вам здравствовать, – волхв наблюдал за гостем как за зверем, вычёсывающим блох из шкуры.
– Я Волконрав, глава княжеской разведывательной службы, – разведчик отвлёкся от кирасы, встал, обтёр правую руку о штаны и протянул её волхву.
– Я знаю, – устало вздыхая, произнёс Буревлад и, ухмыльнувшись, посмотрел на протянутую руку.
Только теперь Волконрав заметил его высокий рост и худощавое сложение. Объем телу волхва, казалось, придавала только белая мантия с вышитыми узорами, в форме которых преобладали природные мотивы. Исключением был только большой заключённый в окружность жёлтый треугольник на груди, являющийся знаком особых способностей. Большую часть его лица закрывали длинные аккуратные волосы и борода.